Путешествие в Судан. Глава 3.

Нага, Мусавварат-эс-Софра, март 2010

Утро 12-го марта мы встречаем за неторопливым завтраком. Ждать Махмуда, который затоваривается провизией для нашего автопробега по пустыне, приходится около часа. В холле отеля пара пожилых французов делится своими впечатлениями. Они почему-то в ужасе от страны и с содроганием думают о предстоящем «индивидуальном туре» по Судану. Они здесь уже несколько дней. Их свозили куда-то на юг, где они наглотались пыли, а сегодня везут на верблюжий рынок, поскольку у них «свободный день» в Хартуме, который им некуда девать. Убивать время на пахучем верблюжьем рынке тоже не лучшая идея, но деваться им особо некуда.

Галдящие итальянцы тоже ждут своего водителя; он приезжает одновременно с нашим Махмудом. Энергичный дядька, переживает, что не едет с нами: он единственный в конторе, кто знает итальянский, поэтому ему приходится ехать «с этими макаронниками». Но мы всё равно встретимся - дороги Северного Судана вьются вокруг Нила, прерываясь паромными переправами, и путешественники неизбежно встречаются друг с другом.

Мы едем в Мероэ. В настоящее Мероэ, в отличие от современного городка недалеко от Четвертого порога Нила. А если быть совсем уж точным, то в историческую область Мероэ близ города Шенди, который славился в XIX веке своим алкоголем, доступными женщинами и крупнейшим рынком рабов. Пирамиды близ Шенди были обнаружены шотландцем Джеймсом Брюсом после его возвращения от истоков Нила в 1772 году, а затем одиноким путешественником-идеалистом Иоганном-Людвигом Буркхардтом из Швейцарии в 1814 году. Самые известные из ранних изображений пирамид Мероэ принадлежат художнику Эрнсту Вайденбаху, участвовавшему в экспедиции Королевской академии Пруссии в 1842-44 годах под руководством Карла Лепсиуса. С тех пор немцы основательно «подсели» на суданскую археологию; традиция эта продолжилась во времена ГДР.

Если говорить о цивилизации Мероэ и загадках, с нею связанных, то нужно сразу заметить, что загадки эти ни в коем случае не идут в сравнение с тайнами возникновения цивилизаций Древнего Египта или американского Тиауанако. Некий ореол таинственности царствам Напаты и Мероэ всегда придавала сложность расшифровки их письменности. Если бы цари древней Нубии не пользовались в качестве государственного языком Египта, и если бы древнегреческие и римские историки не оставили своих свидетельств, мы бы знали об их государствах еще меньше.

Отсутствие письменных хроник, созданных в самой стране, всегда даёт пищу для разных исторических спекуляций, которые особенно часты, когда дело касается цивилизаций так называемой Чёрной Африки. Руководствуясь скорее политикой, нежели интересами собственно исторической науки, одни утверждают, что африканцы сами не могли создать никаких цивилизаций, подобных египетской, римской и т.п., другие наоборот, настаивают на том, что в Африке возникли автохтонные оригинальные цивилизации, которые во многом превосходили европейские (правда, куда потом вдруг всё их величие подевалось, непонятно). В качестве примеров приводят Дженне-Джено в Мали (первые века н.э.) и руины Великого Зимбабве. Но о первой цивилизации мы не знаем почти ничего, а руины Великого Зимбабве при ближайшем рассмотрении оказываются достаточно грубым нагромождением плоских камней. Может быть, Зимбабве и было великим, но мы о том тоже не можем судить со всей определенностью, поскольку у великих зимбабвийцев не было своей письменности. К тому же, само их государство возникло в X-XI веках на путях арабской торговли со внутренними районами Африки, то есть гораздо позже интересующей нас эпохи.

Древний Куш, царства Напаты и Мероэ, были созданы живущими здесь нубийцами, но под сильным влиянием Египта. Египтяне продвинулись к Третьему порогу Нила и дальше во времена Нового Царства, при блистательных и великолепных Аменхотепах, Тутмосах и Хатшепсут (которую должны почитать все путешественники, мореплаватели и географы как женщину, не побоявшуюся сомалийских пиратов и снарядившую одну из самых смелых экспедиций древности - в Страну Пунт).

До прихода египтян на территории Куша существовала своя культура - Керма (2500 -1500 гг. до н.э.). Но египтяне Нового Царства принесли в Куш (Нубию) свою религию, письменность, культуру. Потом, когда Новое Царство рухнет, обилие урожая, выращенного из египетских семян, даст о себе знать.

Нубийские (кушитские) цари Кашта, Пианхи, Тахарка в VIII и VII веках до н.э. станут египетскими фараонами, снова объединят Египет и будут защищать его от Ассирии, впрочем, не слишком удачно. Войска египетского фараона Псамметиха вторгнутся в Нубию в 590-х годах до н.э., вынудив нубийцев перенести центр государственности из Напаты в Мероэ. До IV века уже нашей эры, когда Мероэ будет разорено аксумским царем Эзаной, область Мероэ будет мостом, по которому будут осуществляться контакты между Птолемеевским Египтом, Римом, Ближним Востоком, Индией и внутренними районами Африки. Мероиты были пионерами в выплавке и обработке железа. Мероиты, возможно, поставляли боевых слонов для римской армии и львов для римских цирков. Нубийцы-христиане дольше всех сопротивлялись арабской экспансии в Африке, «сдавшись» только в начале XIV века. Нубийцы создали оригинальные произведения искусства, соединив в них египетские и «африканские» мотивы. У них был свой особо почитаемый бог-лев Апедемак - храмы в честь Апедемака, равно как и «общеегипетского» Амона стояли в каждом древнем нубийском городе.

…После трёх часов езды по асфальтовому шоссе Махмуд сворачивает на грунтовую дорогу, идущую через опустыненную саванну. Мы проезжаем невысокую горную цепь и подъезжаем к небольшому КПП, где проверяют наши «пермиты». Пермиты - это разрешения на передвижение по стране и посещение памятников. Все туристы обязаны их иметь, равно как и зарегистрироваться в полиции в течение трёх дней по прибытию. Обычно это делает отель. Для этого на время забирают паспорт и одну фотографию. Процедура эта ничего не стоит. Махмуд возил с собою целую пачку именных «пермитов» с нашими отксеренными фотографиями, которые оставлял на том или ином КПП. Иногда нас пропускали, вообще ничего не спрашивая.

Через несколько минут подъезжаем к Наге, где находятся несколько значимых храмов. Несмотря на всю их значимость, размеры их настолько невелики, что на первых порах даже несколько разочаровывают. Ничего общего с Карнаком, разумеется. Основных храмов в Наге три. Самый большой - храм Амона, к которому ведет аллея каменных овнов. Храмы в Наге были построены царем Некетамани и царицей Аманитаре на рубеже двух эр, то есть храмы эти - ровесники Христа. Чуть поодаль стоят еще два храма. Первый из них совсем маленький, «жилая площадь» его не больше 20 метров. Он напоминает скорее римскую постройку, нежели египетскую. Немецкие археологи называют это здание просто - Kiosk. Рядом с «киоском» высится уже чисто египетский храм в честь не чисто египетского бога-льва Апедемака. На его «фасаде» перед входом изображены царь Нетекамани и полнотелая царица Аманитаре, разящие мечами врагов. Её полнота рассматривается в качестве доказательства негроидного происхождения нубийских царей. К слову сказать, многие нубийцы имеют склонность к полноте даже в молодом возрасте. Среди нубиек попадаются настоящие стройные красавицы, вполне соответствующие европейским канонам красоты, при том что дородность в теле ценилась и ценится среди нубийцев гораздо больше, чем изящество талии.

Рельефы храма Апедемака очень интересны и даже уникальны. На задней стене храма в центре - изображение трёхликого Апедемака, очень напоминающего трехголового индийского льва. Любопытно изображение Апедемака в виде змеи с головой льва; змея эта поднимается из цветка лотоса. Есть и изображение одного из богов в фас и с бородой, что для египетской изобразительной школы было несвойственно.

Рядом с храмами Наги находится колодец, в котором местные жители и кочевники берут воду. Приводят сюда верблюдов, коз, ослов. Воду со дна поднимают при помощи ослика-трудяги; судя по тому, как далеко его гонят от колодца, глубина его весьма значительна, не менее 30 метров. Вообще, долина Нила вокруг Мероэ во времена его расцвета была зелена и благодатна, но выпас скота вкупе с истреблением деревьев на дрова для плавильных горнов привели к истощению почв, что в свою очередь повлекло за собою закат Страны Куш.

Отобедав рыбкой в Шенди едем дальше. К слову сказать, рыбу в Судане готовят отменно. Обычно её запекают в тесте. Часто попадаются костистые куски, поэтому лучше брать цельную рыбу на гриле. Другой вариант - мясной гуляш. Подают маленькими порциями, с луком и лимончиками. Едят при помощи пшеничных лепешек. Пшеница в Судане своя, с этим проблем нет. Йогурты суданские, как «простонародные», так и «европеизированные» - отменного качества. В общем и целом, в стране всё в порядке с едой и с напитками (только все они безалкогольные). Чай, кофе, каркаде (суданская роза) - на каждом шагу. За все десять дней проблем с желудком не было ни у кого, хотя отобедать в «приличном» ресторане довелось лишь дважды в Хартуме. За его пределами «приличность» отсутствует как таковая.

После Шенди, уже на закате дня, приехали в Мусавварат-эс-Софру. Это место должно считаться главным религиозным и административным центром в области Мероэ. В 1960-х годах реставраторы из университета Гумбольдта в Берлине восстановили храм Апедемака, построенный в 230 году до н.э. царем Арнехамани. Внутри храма - барельефы с изображением слонов и львов, в том числе львят, которых в Мусавваратэс-Софре разводили в ритуальных целях. Как их в ритуалах использовали, мы не узнаем точно уже никогда. Может, приносили в жертву пленников (разумеется, из южных областей). Может просто кормили мясом досыта. Сахарские слоны, более податливые, нежели «классические» африканские, водились в окрестностях Мероэ в то время, их здесь тоже лелеяли и тренировали для служения Отечеству.

Барельефы по внешнему периметру были подняты с земли и восстановлены на своих местах (стены храма рухнули по принципу карточного домика, храм как-бы «разложился», барельефы легли в пыль и песок лицом вниз). Немцы продолжают раскопки в Судане по сей день. В Мусавварат-эс-Софре мы видели домик археологов, оставленный незадолго до нашего приезда до следующей зимы, а обратно из Хартума в Каир летели с большой семьей археологов. По лицам и одежде сразу было видно: немцы, ученые. Последователи Александра Гумбольдта.

Мусавварат-эс-Софра замечательна своим «Большим комплексом», назначение которого неясно по сей день. То ли это был храм Амона, то ли храм Апедемака, то ли еще кого-то. Скорее всего, этот громадный комплекс (55000 кв. м) был, как говорится, дворцово-храмовым. Говорят, что в плане он напоминает слона. Не уверен. Он огорожен стеной по всему периметру, внутри него - внутренние дворы, переходы, перегородки, стены, «загоны для слонов» (как считается). Слонов сюда либо приводили, либо их ловили тут же: приманят слона, зайдет он в загон, и тут - хлоп! - попался, глупый слон!

В «комплексе» стояли целые статуи слонов, одна из них частично восстановлена. Остались колонны. На стенах попадаются граффити, процарапанные арабами-кочевниками. На них, естественно, верблюды. Но для меня лично было волнительно встретить на стенах автографы современников А.С.Пушкина. Его автографа тут нет, к сожалению, но в Мусавварат-эс-Софре слева от главной лестницы (и параллельно ей) есть своеобразная «стена славы», на которой оставили надписи выдающиеся исследователи древностей - французы, англичане, немцы. В хартумском музее на перенесенном из Семны храме вырезана странная, какая-то польская фамилия, хоть и принадлежащая бретонцу - LETORZEC ( Леторжец? Леторсек?). А в Мусавварат-эс-Софре, рядом с автографом Прусской экспедиции 1844 года - надпись француза Фредерика Кайо (не путать с Рене Кайе, первым из европейцев достигшим Тимбукту в 1828 г.). Имена Летросека и Кайо тесно связаны между собой: оба - уроженцы Нанта. Кайо - ювелир, который случайно попал в Стамбул в 1814 году. Из Стамбула он отправился в Каир, где по протекции французского консула Бернардино Дроветти был представлен самому Мухаммеду Али в качестве главного специалиста во Франции по золоту и драгоценным камням. «Ну что ж, проверим, какой ты специалист!», сказал всесильный египетский паша, и отправил Кайо на поиски легендарных изумрудных приисков, забытых со времен Древнего Египта. Кайо нашёл их в районе Забары. Попутно он стал собирать коллекцию минералов и разных древностей, в числе которых была надпись на древнеегипетском и греческом языках. В скором будущем она очень помогла Шампольону в расшифровке иероглифов. Кайо вернулся в Париж, овеянный славой, и в 1819 году возвращается в Египет уже с помощником - моряком Пьером Леторсеком, который устанавливает точные географические координаты объектов, изучаемых Кайо. Тем временем Мухаммед Али посылает своего брата Исмаил Бея в поход в Нубию - возрождающемуся Египту нужна своя маленькая империя.

Кайо прикомандирован к военной экспедиции в качестве ученого. Он открывает несколько храмов в Верхнем Египте. Главным его достижением является описание пирамид Мероэ: 184 пирамиды, из них 47 - в хорошем состоянии. Возвращаясь из завоеванного Сеннара в 1822 году Кайо оставляет на стене эту надпись… Вернувшись во Францию когда-то безвестный ювелир из Нанта становится почетным легионером, его коллекция расходится по музеям, а сам он на протяжении тридцати лет является бессменным директором музея в родном городе.

Судан - лучшее место для того, чтобы ощутить себя первооткрывателем занесенных песком древних городов. Туристов вокруг почти нет. Можно полдня бродить по руинам, и никого не встретить. Можно забираться в самые укромные уголки, натыкаясь на какие-нибудь полустертые надписи, на обломки колонн и алтарей, разгребая черепки разбитых египтянами, кушитами, арабами глиняных горшков. А потом разбить лагерь у подножия пирамид и отправиться бродить среди них при холодном свете полной луны…

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Тэги: Судан ,
1 голос | Комментарии Оставить комментарий
WiseSpaniel аватар
WiseSpaniel (Втр, 13.04.2010 - 17:31)
Очень интересно.
Про нубийских фараонов Египта я немного читала. Но не знала, что в Судане тоже есть пирамиды.
Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
X
Укажите Ваше имя на сайте TourBlogger.ru
Укажите пароль, соответствующий вашему имени пользователя.
Загрузка...