Разговор с пьяной женщиной в поезде

поезд, октябрь 2015
Зарекалась уже общаться с пьяными где бы то ни было, особенно  в поезде. Только они, видно, не зарекались – вычисляют меня, безотказную, и ну приставать!
Как дело было. Села в поезд ранним утром, почти ночью, сразу и прилегла, конечно. Едва рассвело, вижу, на соседнее нижнее место плацкартного вагона пришла темноволосая женщина раннего пенсионного возраста. Встретились глазами, поздоровались, назвали друг дружке имена.
- У меня соседи спят ещё, решила вот у вас чаю попить, - виноватым тоном говорит пассажирка.
- Да пожалуйста, - отвечаю, хотя побудкой не очень довольна. А куда деваться? Не дома.
Слово за слово, разговорились. После обычных тем на предмет погоды, проводников, чистоты вагона перешли к целям поездки. Оказалось, дама едет из Москвы в глубинку Кировской области на могилу к своему мужу, умершему внезапно пять лет назад.

- Наказал так, чтобы на родине похоронили, мы исполнили. Вот теперь и ездим. Не близко, конечно…
- А умершего, - мне не хотелось говорить слово «труп», хотя оно вертелось на языке, - как отправляли в последний путь? Тоже на поезде?
- На своей машине.
- На багажнике, что ли? – удивляюсь.
- Нет, у нас большая машина есть, «Фольксваген». На ней. Дочь за рулём была, а я уж, никакая, просто рядом сидела.
- Да, невесёлая дорога, представляю… - вздыхаю. Мои вопросы не совсем тактичны, но похороны были не вчера, вот и спрашивала, тем более что у самой в планах быть похороненной на родине.
Понимаю, конечно, странное слово для собственных похорон - «планы». Для жизни-то оно не очень подходит, а тут… Смешно. Хотя и «смешно» не к месту… Вообще-то все оговорки излишни, отношусь к неизбежному концу философски и могу рассуждать о нём без экивоков. Попутчица, видно, похожа в этом на меня, потому как сообщает:
- Я тоже наказала детям, что рядом с мужем хочу лежать, пусть везут.
- За пять лет, значит, не сошлись ни с кем… - итожу.
- Да что вы, мы с ним больше тридцати лет прожили, никто мне не нужен, - говорит женщина, которая ещё недурна собой, да и одета красиво. Только почему-то не к случаю - в красное.
- Всяко бывает.
- Я к нему как прицепилась сразу после школы, так и не отстала. В военное училище поехал поступать, и я с ним. А восемнадцать исполнилось, поженились. Ох, и любила я его!
- Значит, вам женского счастья выпало-таки немало, - подбадриваю вдову.
- Немало. Только всё равно обидно.
- Как не обидно! Впрок не наживёшься.
- Ладно бы болел, а то упал, и всё – с сердцем что-то сделалось, - глаза попутчицы наливаются слезами...
- Не мучился зато.
- Только что.
- Военный был, значит, - отвожу разговор от момента смерти, понимая, что тяжелее этого нет ничего, и, пересказывая, человек заново переживает случившееся. - У меня муж тоже военный.
- Да я и сама была военная.
- Да?!
- Да, перед вами военный пенсионер.
- Интересно.
- Главное, у мужа мама ещё жива, а сын вот пять лет как в земле. Да и младшую дочь она вскоре после сына похоронила.
- Как и вынесла! Дети-то ещё есть? – сочувствую незнакомой старушке.
- Есть. Старшая дочь, с ней она сейчас и живёт.
- На своих ногах пока?
- Да, всё нормально, по дому хлопочет сама.
- И какие у вас отношения? – знаю, многие свекрови обвиняют снох в раннем уходе сыновей, потому и спрашиваю.
- Лучше не бывает. Мы мамульку любим! Скоро вот увидимся.




Попив чаю, дама вернулась к себе. Я подумала, на этом наше общение закончилось, но часа через полтора попутчица прошла мимо, чтобы усесться на свободном боковом месте рядом с туалетом, так что нас отделяла теперь только стенка. Через какие-то минуты слышу почти приказ:
- Лена, иди ко мне!
- Да я уж у себя побуду, вы там сами в гостях, сейчас наверняка пассажиры придут, надо будет место освобождать.
- Солнце, идите, пожалуйста, у меня сегодня юбилей, должна же я с кем-то посидеть… - женщина, видно, поняла свою оплошность – перешла на «вы» и сменила тон.
- Ну, раз юбилей, уважу, - бубню про себя, нехотя выпутываясь из простыни.
- Вот, угощайтесь, тут некрепко, не бойтесь, - попутчица подвигает чай в стакане с подстаканником, видимо, заранее приготовленный для меня, потому что возле неё на столике стоит другой стакан.
- Не, я не пью, тем более в дороге, - сразу догадываюсь, чай усилен каким-то спиртным.
- Юбилей же! - говорит дама несколько странно, вроде как нечётко. Приглядываюсь к ней и невольно восклицаю:
- Да вы уже пьяны!
- Тихо, солнце, тихо. Вы понимаете, какой у меня сегодня день. Пять лет, как муж… Ещё и юбилей…
- Когда успели только… – продолжаю возмущаться, но голос сбавляю. -  А если проводники заметят?
- Не заметят. И ты, солнце, не переживай за меня, со мной сын едет, он за матерью присмотрит.
- У вас и сын есть? – удивляюсь. Ранним утром женщина говорила только о тридцатисемилетней дочери.
- Да, ещё в школе учится, последний год. У моих детей разница двадцать лет с гаком. Мы с мужем уж и не надеялись, а тут ррраз… и сын! Только вот отец не успел налюбоваться, - по щекам дамы побежали слёзы.
- Вы тем более должны достойно вести себя в дороге. Ради сына, - скажу честно, пьяных женщин терпеть не могу. Понимаю ещё, на празднике,  среди родных-близких, а чтобы в одиночку в дороге наклюкаться… верх низости.



 
- Сын у меня золотой! - продолжает меж тем собеседница. - И дочь золотая. Знали бы вы, какие у меня дети! Дочь выучилась, на кого хотела, сейчас большой человек. Начальник. Она у меня с детства хорошо шьёт… И теперь матери всё шьёт. Хотя и начальник уже! Я её даже в шутку зову: «швея-мотористка». Хотя она начальник. Тоже с одеждой связано… Всё мне шьёт! – речь моей знакомой уже разительно отличается от той, что я слышала ранним утром. Предложения короткие, как бы рубленые, ещё и повторяются, интонации вульгарны. - И пальто, и шляпку мне дочь сделала! - эмоционально продолжает дама, не забывая отпивать из стакана. – Сделала, как у Коко Шанель! Надеваю перчаточки, беру сумочку – и давай вышагивать по Москве! Вы не думайте, что я какая-нибудь… Все завидуют!
- Здорово. Это редко сейчас. Тем более должны ради таких детей стараться держать себя достойно. Да вам уже через несколько часов выходить, свекровь старенькая увидит вас в таком состоянии, каково ей будет? – из жалости к вдове я поддерживаю-таки разговор, но делаю это всё неохотнее.
- А мне на неё по!.. - переходит вдруг на мат собеседница.
- Здрасте-приехали!  А говорили, любите-уважаете… - тут я обрываю сама себя, потому как понимаю бессмысленность увещеваний. Лицо женщины, ещё утром казавшееся приятным, даже моложавым, за короткое время превратилось в унылый, расползающийся холодец, на котором кто-то вроде как пальцем прочертил глаза, нос и рот. Конечно, и сразу при знакомстве я отметила некоторую отёчность черт, но отнесла её к заплаканности, ведь дама ехала не на свадьбу. Теперь понимаю, это следы возлияний.
- Говорю, по!.. – стоит на своём «любящая» невестка.
- Ну и зря, - отвечаю, а сама всё думаю, как с меньшими потерями выйти из разговора. Попутчица между тем совсем раздухарилась, алкоголь догнал. В какой-то момент она ещё и замахала руками так, что всё полетело со столика, в том числе и стоящий с её стороны стакан в подстаканнике, к счастью допитый, а то бы и на мою одежду попали тёмные брызги.
- Осторожно! Не расплатитесь сейчас. С поезда могут снять. Разбили, поди…
- Не разбила! – победно произнесла дама, подняв посуду с пола - у меня ничего не разбивается.
- Странно даже, такой грохот был, - говорю. - У меня вот всё разбивается, если падает.
- У меня ничего не разбивается, потому что перед вами, солнце, княгиня…
- В смысле?
- Слыхали такую фамилию? – женщина называет известную русскую фамилию (не знаю, правда, носили ли её князья) и продолжает: - Так вот, это наши предки. Мне не пригодилось в жизни, связей с роднёй не искала. А сын сам решит… Если ему нужно, всё найдёт, всё восстановит. Да он у меня и сам многого добьётся. Лет через десять вы о нём услышите. Займёт место Юрия Чуркина. В ООН!
- Чуркина не Юрий зовут, а Виталий, - поправляет пьяную даму бородатый сосед из моего отсека. Видимо, попутчики следили за нашим разговором.
- Молодец! Правильно говоришь. Ошибочка вышла, - ничуть не смутилась женщина.
Тут к ней подходит очень высокий статный молодой человек, чем-то напоминающий князя Андрея Болконского, хотя тот и был невысок ростом. Понимаю, это сын попутчицы, и не могу поверить, что юноша ещё школьник – меньше двадцати лет никак не дашь.
- Вот, полюбуйтесь на него. Чем не князь!? – говорит мать, расплываясь в улыбке. Стоит сказать, сама она совсем другой внешности, низенькая и скуластая.
- Да, порода чувствуется, - восхищаюсь искренне. Юноша прям, как стрела; вежлив; жесты его  мягки; манеры изысканны; смотрит умным бархатным взглядом. Ещё и одет в строгий костюм. Какой-то человек вне времени. Состояния матери будто и не замечает, тихонько спрашивает её о чём-то и, чуть-чуть посидев с нами, уходит. Хотя мне, пожившей, очевидно, сын, зная «особенности» поведения родительницы, пришёл как раз на грохот – помочь разрешить ситуацию.




…Мне изрядно надоел пьяный бред, в который раз порываюсь уйти восвояси, но собеседница снова и снова говорит то про тоску по умершему мужу, то про сегодняшний юбилей, и я остаюсь, тем более что понимаю: при мне вдова больше не прихлёбывает, а стоит отойти – примется за мой, пока ещё нетронутый стакан. Мне её уже не очень-то и жаль, если откровенно. Жаль её сына, который наверняка сидит вполоборота к проходу и следит за каждым словом матери. Потерплю уж, ладно, думаю про себя, пусть отдохнёт милый юноша. А попутчица вдруг начинает рассказывать о своём детстве.

- Знаете, какое было детство… Родители отдали меня в деревню к бабушке. Вот она  была княгиня, так княгиня. Дореволюционные времена ещё помнила. Натерпелась сама и меня закаляла для жизни. В пять лет заставляла гусей пасти. Босиком и без трусов.
- Бабушка гусей держала? –  хорошо приспособилась к новому строю дама, думаю.
- Нет, что вы, она директором школы работала.
- Чьи гуси тогда?
- Всей деревни.
- Почему же вы их пасли?
- А бабушка так хотела!
- Вам, что, деньги за это давали?
- Давали! Хреном по башке!!! – отвечает высокородная якобы особа.
- Странно, зарплата у учителей была тогда немаленькая, а уж директорше трусы-то внучке можно было купить.
- А вот не покупала!.. Зато я, когда в школу пошла, вредничала. Прогуливала, училась плохо… Бабушка меня оставила на второй год.
- Ничего себе. Это в первом-то классе!
- Да. Приехали тогда родители и забрали меня в город.
- Может, и к лучшему… - говорю, однако ответа на мои слова не было. 
- А дралась я как! Всех била! – продолжает дама вроде бы без всякой связи.
- Странно… Зачем?
- Злость брала.
- А я не помню, чтобы кого-то в детстве ударила даже в ответ. Ни в школе, ни в семье. От старших брата с сестрой доставалось, а чтобы я… Подо мной был брат на пять лет моложе и двойня, мальчик с девочкой, - на  десять. Я их нянчила, с двенадцати лет младших три года перед школой в садик в другую деревню возила. Представьте, мы жили в одной деревне, садик в другой, а школа, куда надо попасть к девяти,  – в третьей. Ещё и дома сколько дел переделаешь, печку русскую истопишь… В четыре утра вставала. Сестра младшая, когда выросла, сказала мне: «Мы в детстве думали, ты святая…»
- Ну, и сильно отблагодарили родственнички за доброту? – задала вдруг пьяная женщина очень трезвый вопрос.
- Замнём для ясности...
- Вот и у меня то же самое. Благодарности не жди.
- Дети-то ведь радуют. Дочь вон шьёт вам какие вещи…
- Шьёт… Как же! Это я вам насочиняла. Уже… - прикидывает на пальцах дама, - девять лет назад отдала ей ткань. Красивую, горчичного цвета. И всё никак не сошьёт... Ничего ещё не сшила матери! – последние слова были сказаны с негодованием.
- М-да… Тем более держитесь, раз надеяться пока не на кого, сына вон надо до ума доводить.
- Он сам молодец. Отличник, и поступать учиться будет в хорошее место. Говорю, через десять лет Чуркина заменит.
- Да Чуркин сам ещё ого-го! - смеюсь. – Рано вы его смещать собрались. Ладно, пойду отдохну маленько. Вы тоже отдохните.
- Но мне ведь сегодня семьдесят лет! Не уходите.
- Час назад говорили «шестьдесят». Да и не выглядите вы на семьдесят.
- В 1956-м родилась, вот и считай.




Тут и считать нечего, шестидесятилетний юбилей тогда должен быть в следующем году, а сейчас, понимаю,  собирает женщина с леса и с поля, лишь бы удержать меня около себя. Всякому терпению приходит конец, тем более что вижу, язык у попутчицы заплетается сильнее, наверное, чудесным образом добавляла горячительного. Может, когда отходила курить.
- Вы уже где-то добавили… - упрекаю опять. Хотя и зарекалась.
- А вам что до этого?! – перебивает женщина с вызовом, при этом глаза её мутнеют. - Я кому-то мешаю?!!
- Себе мешаете. Я вас один раз спросила, на какой станции выходите, и запомнила. А вы каждые пять минут спрашиваете про мою остановку, никак не запомните. Значит, в голове непорядок.
- Я, может, и жить-то не хочу!
- Ну, ну, мели, Емеля… Сыночек вон какой сокол, ещё услышит ваши слова.
- А ты, солнце, думаешь, я сама не понимаю, что плохо делаю? Зря, что ли, по церквам-то езжу вину отмаливать? Может, это через меня муж-то давно в могиле лежит?
- Он не пил, получается?
- Мало совсем. А как он для семьи старался! И в Европе жили, и в Москву вот успел нас перевезти… Это я с восемнадцати лет пью.
- Как же он вас любил, раз терпел!
- Ну, бывало, и гавкал. А всё равно прощал.
- Сердце-то и надорвал... – я вдову уже не щажу.
- Согласна.
- Вот в память о нём и надо бросить пить… -  привожу очередной аргумент, как оказалось, весомый.
- А ну закрыла рот!!! –  заорала на меня княгиня в ответ. – И спроси своего полкаша, когда приедешь, что это означает у военных: «Закрыла рот!». Это означает, что ты меня так достала, что следующее, что я сделаю – перекрою тебе кислород. – Угроза была высказана очень эмоционально, с перекошенным ртом.
- Ой, напугали… - отвечаю спокойно. Боясь очередных махов, я уже давно не сидела напротив пьянчужки у столика, а сидела наискосок за проходом, так что могла, в случае чего, отпрянуть. - Правда глаза колет. Прекращаю с вами разговаривать, сидите тут одна. И не зовите больше. А мой «полкаш», как вы выразились, - не трудно было догадаться, это смесь слов «полковник» и «алкаш», - не пьёт. Не в пример вам. Всего хорошего.
Вернулась в отсек к своим соседям, молодые мужчины смотрели на меня с сочувствием.
- Простим ей, - говорю тихонько, - у неё сегодня юбилей.
- Ага, в шестнадцатом году будет, - ответил кто-то. Видимо, ребята до конца слушали наш разговор.




Больше мы с вдовой не общались. Она ещё часа два, пока не пришли пассажиры, сидела на том месте и всё звонила знакомым. Одну женщину набирала раз десять, чтобы сказать: «Слушай, я еду к мужу на могилку, а за котом будет смотреть Зинка». Виртуальная собеседница с третьего раза уже отшивала её, и дама в красном возмущалась: «Ты почему так со мной разговариваешь? Я звоню тебе сказать, что еду к мужу на могилку, а за котом…».
Когда пошла за чаем, "юбилярша" сидела уже в середине вагона, рядом с сыном. Увидев меня, она пьяно выкрикнула:
- Лена, не переживай, у меня всё будет тип-топ!
- Вот и славно, - ответила я и подумала, хорошо, что попутчица не затаила злости.
Да это ли важно? Важно, что женщина, ранним утром показавшаяся мне даже миловидной, набралась спиртного уже в такой степени, что выглядела безобразной. Она вульгарно сидела, вульгарно смотрела... Находившийся рядом благородный на вид сын её был бледен и играл желваками. Господи, что это была за картина!.. Куда ему, бедному, деться от своей почти пропащей матери… Каково при таких несомненных личных достоинствах терпеть унижения от той, что должна бы помогать двигаться к вершинам. Я вдруг впервые пожалела, что не очень сильна физически. Взять бы тебя за ухо и оттрепать, княгиня чёртова! Хотя кто я такая, чтобы судить…
Готов к критике!
Тэги: Россия ,
4 голоса | Комментарии Оставить комментарий
B.O. аватар
B.O. (Сб, 28.11.2015 - 23:02)
Тема попутчиков поучительна и бесконечна, " попутчик мой сошел на пол-пути ..."
Vnika аватар
Vnika (Сб, 28.11.2015 - 23:40)
 А когда пьяные не выглядят  безобразно? Я бы от такой (такого)  пулей. Сроду в разговор не вступила, каким бы  миловидным или прекрасным не показался собеседник ранее.  Презираю. 
 Вы конечно образно написали.  Художественно. Это как хороший артист в образ входит, мерзавца играет.  И он  сам становится неприятен, а ведь это высшее мастерство. 
 Но уже давно неохота иметь мерзавцев в своем окружении.  Смотреть на них, пусть даже в кино, да и читать, пожалуй, тоже неохота.  Вот как-то так.  
Да, это жизнь. Но что-то очень трепетно я к себе в последнее время отношусь. Только позитив!  И как можно больше. 
Светлая лошадка аватар
Светлая лошадка (Сб, 28.11.2015 - 23:40)

B.O. написал(а):

Тема попутчиков поучительна и бесконечна, " попутчик мой сошел на пол-пути ..."



Спасибо большое за комментарий.
Предлагаете сменить пластинку? Если серьёзно, люди так интересны... но всё труднее воспроизводить точно речь собеседника. Ещё, кажется, начинаю хвалить себя... То ли возраст сказывается, то ли то, что меня никогда не хвалили в детстве. Хвалите детей! Тщусь вот теперь сама вспоминать своё хорошее...Разговор с пьяной женщиной в поезде хотя у нас принято только каяться.

 

Светлая лошадка аватар
Светлая лошадка (Вс, 29.11.2015 - 00:08)

Vnika написал(а):

 А когда пьяные не выглядят  безобразно? Я бы от такой (такого)  пулей. Сроду в разговор не вступила, каким бы  миловидным или прекрасным не показался собеседник ранее.  Презираю. 
 Вы конечно образно написали.  Художественно. Это как хороший артист в образ входит, мерзавца играет.  И он  сам становится неприятен, а ведь это высшее мастерство. 
 Но уже давно неохота иметь мерзавцев в своем окружении.  Смотреть на них, пусть даже в кино, да и читать, пожалуй, тоже неохота.  Вот как-то так.  
Да, это жизнь. Но что-то очень трепетно я к себе в последнее время отношусь. Только позитив!  И как можно больше. 



Виктория, спасибо большое за комментарий. Такие комментарии, как Ваш, самые ценные, потому что искренние. Меня извиняет то, что из поездов выносила в основном позитив, и писала здесь то про прекрасную украинскую учительницу, то про армянина, который вёз-оберегал  морскую свинку Васю... И было немало положительных отзывов.  А в этот раз хотела показать в сравнении, как ведёт себя один и тот же человек в пьяном и трезвом состоянии. Тем более что историй сейчас  кот наплакал. Буду рада, если начнут люди писать "от противного".
Ещё у меня появилось убеждение, что надо научиться описывать всё, что встречается на пути. Может быть, не стоит это делать здесь, но в принципе, с позиции нормального автора, бомж - тоже Вселенная. И хочется всех понять. Но Ваше мнение учту.

Dr. Похабыч аватар
Dr. Похабыч (Вс, 29.11.2015 - 11:44)
как всегда, прочёл ваш рассказ с интересом. Хотя и не считаю, что ,,стриптиз чувств,, - это именно то, что нужно на турсайте. Но так, как сам считаю себя в смысле ,,океана чувств и эмоций,, одноклеточным прагматиком, вседа с интересом слежу за вашими блогами. И как всегда, хочется пополемизировать с вами. Я сам всегда с омерзением отношусь к алкоголикам, памятуя истину, что ,,Умный пьёт до тех пор, пока ему станет хорошо, а дурак - до тех пор, пока ему не станет плохо,,. А женский алкоголизм - он априори протекает злокачественно. И я, в отличие от вас, особо не жалею этих милых опустившихся дам, каждый в своей жизни вправе выбрать сам свою навозную лужу, и мешать сделать этот осознанный выбор - дело неблагодарное. В какой то мере и сам являюсь наследником дворянского рода помещиков из Великих Лук, и мне было интересны ваши замечания, вроде ,, Находившийся рядом благородный на вид сын её был бледен и играл желваками. Господи, что это была за картина!.. Куда ему, бедному, деться от своей почти пропащей матери… Каково при таких несомненных личных достоинствах терпеть унижения от той, что должна бы помогать двигаться к вершинам.,,
      Думаю, что все наши ,,благородства,, и все ,,вершины,, рождённые баснями о крови - это мифы. Интеллект - он даётся от рождения - и в семье прачки не исключён, и в дворянскей семье не гарантирован. Его нам Господь закладывает. Или не закладывает. Так что милому мальчику надеяться на него стопудово не стоит, так же, как и его окружающим его людям. И кто знает, если бы эта спивающаяся дама не сделала своего покойногот мужа ,,светом в окошке,, - а имела бы ещё нежного любовника-друга, может и не так тягостно было бы её последующее существование в этом бренном мире с алкогольными возлияниями в качестве ,,сублимации,, потери? А вы как считаете? Мне оч. интересно ваше мнение, как дамы с высоким нравственным порогом (P.S. - в отличие от меня) Разговор с пьяной женщиной в поезде
Светлая лошадка аватар
Светлая лошадка (Вс, 29.11.2015 - 13:24)
Спасибо, Юра, захотелось сказать по-простому. Порог у меня самый обычный, точно лишь то, что я его хочу поднять, а не наоборот. Насчёт родовитости: я как раз ни разу не утверждала, что она многое определяет, но что-то определяет, наверное.  Предполагаю, изнеженность, например, и нестойкость - больше оттуда минусы, а вот тяга к знаниям, патриотизм, выражающийся хотя бы в нравственных переживаниях за родину... людям с родословной обычно свойственны. Опять же, сколько внебрачных княжеских и даже царских детей было раскидано по Расее-матушке, так что поди разберись...Разговор с пьяной женщиной в поезде
И да, всё никак не научусь вычленять, где у Вас ирония, где серьёзность.
И да, да, Ваше происхождение уж точно не минус, думаю, в трудные моменты бывала мысль: "соответствуй, батенька, соответствуй..." Кстати, Вы мне тоже интересны как личность.

Светлая лошадка аватар
Светлая лошадка (Втр, 21.02.2017 - 17:25)
Вот и не стало на белом свете хорошего человека Виталия Чуркина... Вечная память.
Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
X
Укажите Ваше имя на сайте TourBlogger.ru
Укажите пароль, соответствующий вашему имени пользователя.
Загрузка...