Магия магея. Часть 2.

Мексика, май 2007
По большому счету, надо было у самих ацтеков поточнее спросить, но испанцы так рьяно взялись за уничтожение ацтекских манускриптов (так называемых кодексов»), что от них остались сущие крупицы, да и то по музеям и университетам Европы. Как только религия предков поднимала голову в Новой Испании то тут, то там, на головы самих индейцев обрушивались репрессии с новой силой, и костры из недоуничтоженных рукописей пылали еще ярче. Слава Богу, что в XVI веке нашлись люди из среды монахов, такие как Диего де Ланда, Бернардино де Саагун и Бартоломе де лас Касас, которые додумались сохранить хоть что-то для использования в целях христианизации и управления теми же индейцами. Монументальная работа Саагуна «Всеобщая история событий в Новой Испании» по праву считается лучшим справочником по истории, географии, культуре, обычаям, религии и языку ацтеков, поскольку создавалась «История» Саагуна по горячим следам. Умер Саагун в Мехико в 1590 году… А теперь об аналогиях. Давайте сравним ацтекскую теорию об эпохах (Солнцах) с учением Елены Блаватской, теориями Эрнста Мулдашева, да и с гитлеровской концепцией «Четырех лун». Ацтеки приносили в жертву рабов для того, чтобы предотвратить, или хотя бы оттянуть гибель Пятого Солнца, а в Третьем Рейхе людей губили в концлагерях для того, чтобы раса ариев смогла предотвратить падение Луны и гибель нашей цивилизации. Правда, как показали исследования серьезных ученых, кости гигантов, которые хранили в своих святилищах ацтеки, оказались костями мамонтов и других ископаемых животных, пришедших в Америку знамо откуда – с Чукотки. Кости эти можно лицезреть во всё том же святилище ацтеков современной эпохи – в Музее Антропологии. Есть люди, которые являются закоренелыми противниками хождения по музеям, предпочитая им «живую натуру». Но, во-первых, натура эта в большинстве случаев совсем уже «неживая», представляющая собой или руины, или отреставрированный «новодел», а во-вторых, посещение крупного музея в самом начале пути может быть очень полезно для того, чтобы получить объемное представление о той стране, по которой начинаешь путешествие. Ко всему прочему, Музей Антропологии в Мехико – хрестоматийный, как Лувр в Париже. Внутренний двор музея закрывает от солнца гигантский навес на одном столбе, плавно переходящем в фонтан – сам по себе он является достопримечательностью. Основные залы музея расположены на первом этаже, и проникнуть в них можно также с центрального двора. Всё, что касается истории великих индейских цивилизаций находится именно на этом ярусе, потом еще можно спуститься в нижний ярус. Также есть выходы во дворики, где можно посмотреть копии храмов майя, например в Банампаке на границе с Гватемалой, до которого добраться не так легко, особенно обычным экскурсионным группам на больших автобусах. Этот небольшой храм знаменит своими уникальными незаконченными фресками X века, изображающими подготовку к битве, саму битву и праздник по её окончании. Отдельные залы музея посвящены культурам ольмеков, теотиуаканцев, тольтеков, ацтеков и майя, причем хочу заметить, что сюда для лучшей сохранности были свезены оригиналы тех артефактов, копии которых остались «на местах». Это обычная практика в Мексике: например, каменные головы ольмеков собрали в одном месте – в археологическом парке в Ла-Венте, да и в музее в Мехико имеется одна голова с негроидными чертами лица. Вообще, с лицами древних мексиканцев творятся разные чудеса. Каменные ольмекские головы имеют толстые губы и широкие носы, а Кецалькоатль-Топильцин, легендарный основатель майя-тольтекской цивилизации, имел лицо белое с бородой лопатой. Предполагают даже, что был он скандинавом, приплывшим к берегам Америки на дракаре во время одной из экспедиций викингов. А что? Время совпадает… Правда, на барельефном портрете Кецалькоатля в Толлане лицо его было разбито неизвестными вандалами еще в незапамятную эпоху, поэтому точно его национальную принадлежность установить теперь трудно. Судя по фамилии – Топильцин – был он из русских или евреев, и это скорее всего. В Музее Антропологии в Мехико есть еще один «персонаж», с которым нам предстоит еще «встретиться» во время нашего дальнейшего путешествия. Это правитель Паленке Пакаль «Великий», правивший в VII веке и оставивший после себя гробницу внутри пирамиды, сохранившую до наших дней погребальные украшения этого самого Пакаля, в том числе его драгоценный портрет – посмертную маску из нефрита. Вообще нефрит ценился майя дороже золота, к вящему неудовольствию испанцев, собственно говоря, за золотом сюда и прибывшими. Посмертные маски вождей из нефрита, яшмы и бирюзы – любимые темы у ацтеков и майя, также как и терракотовые «маски» идолов и сосуды для жертвоприношений. Поскольку в саму гробницу Пакаля в Паленке простому смертному туристу попасть довольно сложно, то «наслаждайтесь» ею здесь, в Музее Антропологии. На втором ярусе развернута экспозиция, посвященная современной этнографии Мексики, а она не менее интересна, чем древняя. При входе в музей расположился прекрасный магазин книг и сувениров, в которых можно приобрести увесистые альбомы по искусству народов Мексики, а также мини-каталоги экспонатов музея по эпохам. А на выходе посетителей музея ждет «туристский аттракцион» - представление так называемых «летунов из Папантлы», городка в штате Веракрус, где живут потомки тотонаков, чей ритуальный центр Тахин (Эль-Тахин) знаменит своими пирамидами оригинальной конструкции, так называемыми «пирамидами ниш». Тотонаки процветали одновременно с тольтеками и ацтеками. Летуны же из Папантлы – это что-то вроде акробатов: они забираются на высоченный шест, на верху которого вращающаяся рама. К раме привязываются канаты и наматываются в «моток». Потом четыре «гимнаста» начинают медленно раскручивать раму, опускаясь вниз словно на большой карусели. Напоминает наши русские «гигантские шаги», только здесь участники 13 раз оборачиваются округ шеста вниз головой, у самой земли переворачиваясь. Этот трюк носил раньше сугубо ритуальный характер – у бога Тлалока просили дождя. Царство Талолока – Тлалокан, находилось на востоке, откуда циклоны приносили не только дожди, но и разрушения. Разумеется, веракурусцы-тотонаки встречали их первыми. Музей находится на холме Чапультепек, недалеко от зоопарка и музея Истории, расположенного в бывшем испанском замке и бывшем дворце неудавшегося «императора Мексики» Максимилиана Габсбурга. Место это зеленое, популярное, «тусовочное». В загазованном Мехико Чапультепек – отдушина в прямом смысле слова. Раньше он питал ключевой водой Теночтитлан. Я уже говорил выше, что испанцы Мехико «засыпали». Дело в том, что большую часть территории Мехико занимало озеро Тескоко. В XIII веке к его берегам пришли ацтеки, ведомые идолом Уитсилопочтли, которого они несли в специальных носилках. Признаться честно, судя по преданиям о странствиях ацтеков по землям центральной Мескики, начавшееся при ацтекском вожде Меши – ацтекском Мойше-Моисее, бог Уитсилопочтли предстает каким-то моральным уродом. Или ацтеки так интерпретируют его «предписания», что сами предстают кровавыми садистами. Приведу пример. Достигнув берегов озера Тескоко, ацтеки оказываются втянутыми в борьбу местных городов-государств друг с другом. Короче говоря, они были той «третьей силой», которую использовали как последний аргумент в споре. После того как ацтекские «джентельмены удачи» принесли «заказчику» - правителю Колуакана господину Кошкотли 8000 ушей убитых жителей города Шочимилько, Кошкотли понял, что с этой «солнцевской бригадой» шутки плохи. И вправду, следующая шутка «детей Солнца» была не менее черной. Они предложили новому царю Колуакана Ачитомитлю сделать его дочь своею богиней. Тот, разумеется, обрадовался и согласился: богиней быть даже круче, чем женою олигарха. Уитсилопочтли же на самом деле «посоветовал» ацтекам содрать с девушки кожу… Когда Ачитомитль пришел на празднество в честь новой богини, к нему вышел ацтекский юноша в коже его дочери. Думаю, что эмоции Ачитомитля понятны: он повелел перебить ацтеков, но они сумели ускользнуть от справедливого возмездия, найдя укрытие на островах озера Тескоко. Именно там они обрели свою «Землю обетованную». Легенда рассказывает о том, что ацтекский вождь Теноч, в честь которого впоследствии и назвали новую столицу, снарядил в 1325 году по приказу того же идола Уитсилопочтли специальную экспедицию и нашел место, где должно было быть зарыто сердце некоего Копиля, противника ацтеков, которого они задолго до этого, разумеется, принесли в жертву. Экспедиция обнаружила на одном из островов сидящего на высоком кактусе орла, который держал в клюве красивую птичку (скорее всего птицу кецаль). Позднее птичку заменили на змею, и в таком виде орел на кактусе стал центральным компонентом герба Мехико и всей Мексики. Исполинских размеров флаг Мексики развевается на Сокало (по утрам его торжественно поднимают, вечером не менее торжественно спускают). На самой площади дни напролет дают представления «настоящие индейцы», которые за небольшую плату проводят также шаманские окуривания ароматическими травами с целью исцеления от болезней и очищения души. На площадь к востоку от Кафедрального собора Мехико выходит фасадом Паласио Насьональ (Национальный дворец), который с 1698 года до обретения Мексикой независимости в 1821 году был официальной резиденцией испанских вице-королей. Впоследствии здесь сидели многочисленные и порою внезапные по причине их частой смены президенты Мексики. Есть во дворце и кабинет самого знаменитого, можно даже сказать, «брендового» президента Мексики – Бенито Хуареса, в честь которого назван международный аэропорт в Мехико и чьи памятники понаставлены по всей Мексике с той же частотой, с какой в СССР ставили памятники и бюсты Ильичу. Хуарес проводил свои либеральные реформы в 1850-е годы. Его отказ платить по долгам Великобритании привел к войне с Англией, Испанией и Францией, в результате которой в 1862 году французы заняли Мехико (англичане и испанцы «свинтили» из Мексики раньше). В конце концов мексиканцы победили, но в 1880-е годы в стране устанавливается диктатура Порфирио Диаса, который буквально распродавал страну иностранцам направо и налево. Что произошло потом, мы помним из фильма Сергея Бондарчука «Красные колокола» с актером Франко Неро в главной роли: гражданская война, конные армии Эмилиано Сапаты и Панчо Вильи в широких сомбреро, разоренные фазенды (здесь – «асьенды») недобитых латифундистов, нападение на поезда с недобитыми буржуями. Мексиканская революция началась на семь лет раньше революции «русской», но закончилась одновременно с ней, в 1917 году. Правда курс страны оставался демонстративно левым очень долго, иначе не давала бы Мексика приюта Троцкому, Кастро и Че Геваре. Со всей этой историей, причем в непрерывном варианте, можно познакомиться воочию благодаря фрескам (муралям) Диего Риверы в Национальном дворце. Вход сюда бесплатный. Мурали в стиле Ильи Глазунова рассказывают о том, как радостно жилось ацтекам до прихода испанцев, и как невыразимо грустно – после. Самая замечательная фреска изображает рынок с Теночтитланом на заднем плане. Виден и Главный Храм и чинампы – плавучие острова на озере Тескоко. При помощи чинамп ацтеки расширяли «полезные площади» вокруг острова, на котором сам Теночтитлан собственно и находился. Испанцы изображаются деградирующими подонками, развратниками и алкоголиками. На муралях, которые расположены над главной лестницей, рассказывается об истории Мексики новейшего времени. Ривера, Сикейрос, Ороско – художники «левого фронта». Хотя во многом их взгляды расходились. Так, художник Сикейрос организовал неудачное покушение на Бронштейна-Троцкого, которого Ривера фактически приютил в Мексике, и у котрого был даже легкий роман с его женой Фридой Кало, той самой Фридой, которую играла Сальма Хайек в одноименном фильме. Ривера мне интересен как художник, дающий богатый иллюстративный материал к истории своей страны. К Троцкому и Фриде равнодушен. Троцкий – фигура ключевая в истории России, но «проходная», так как революционер родины не имеет и ни к какой культуре не принадлежит. Оттого так тоскливо в его доме на окраине Мехико, оттого так безыскусно надгробие на его могиле во дворе этого дома. В самом «Музее Троцкого» нет даже ледоруба, которым его в 1940 году огрел по голове Рамон Меркадер, после отсидки в мексиканской тюрьме – герой Советского Союза. Зачем нам показывают очки Троцкого? Нам ледоруб давай! Он, словно венское «Копье судьбы» должен обладать чрезвычайной магической силой, способной сокрушить демонов в человеческом обличье, с козлиной бородкой или без неё. Наверное, так же рассуждали и те неизвестные грабители, которые несколько лет назад похитили из музея заветное орудие возмездия – «Ледоруб Судьбы»… «Пуля судьбы» находится в надежном месте в Москве, в архиве Лубянки. Эта та пуля, которой в 1918 году Каплан поразила Ленина. Разумеется, про Каплан я говорю сугубо условно… Что же касается Фриды, то как художница она менее интересна, нежели как общественный деятель. Фрида – кумир лесбиянок и феминисток всего мира, а поскольку ни к тем, ни к другим я не принадлежу, то петь почем зря дифирамбы раскрученному «туристскому бренду» Мексики я не хотел бы. В Мехико есть еще одно место, непосредственно связанное с ацтекским прошлым – это Площадь Трёх Культур. От Сокало до неё идти пешком около часа в северо-восточном направлении. Это уже не Теночтитлан, а Тлателолько времен ацтеков, бывший самостоятельной «административной единицей», также располагавшийся на острове посреди озера Тескоко. С Тлателолько связана последняя страница истории ацтеков. После того, как в 1520 году ацтеки забросали камнями «продавшегося испанцам» Моктекусому Второго, позднее известного под исковерканным именем Монтесумы, правителем страны (тлатоани) стал его племянник Куаутемок. Временная резиденция последнего ацтекского тлатоани находилась именно в Тлателолько. В 1521 году произошло последнее сражение ацтеков с войском Кортеса, и Куаутемок был схвачен в плен и казнен. Сейчас ему поставлен памятник в Мехико, на Пасео де ла Реформа. Когда мы проезжали мимо него в первый раз, вокруг памятника совершали шествие голые индейцы в бейсболках и с плакатами. Сначала я подумал, что это гей-парад, но потом выяснилось, что памятник Куаутемоку отнюдь не служит мексиканцам тем, чем является для московских секс-меньшинств невинный памятник Героям Плевны, а просто индейцы Мексики справедливо считают Куаутемока своим героем и проводят время от времени демонстрации у памятника по разным политическим поводам. Площадь Трёх Культур получила такое название потому, что она являет собою визуальную смесь трех цивилизаций. Внизу – основания ацтекских пирамид, над ними – церковь Сантьяго 1609 года, а вокруг – современные постройки 1960-х годов, в том числе здание мексиканского МИДа. Кстати говоря, здесь в 1537 году францисканцами была основана Коллегия Санта Круус, в которой проходили обучение дети индейцев, обращенных в христианство. Одним из преподавателей Коллегии был Бернардино де Саагун, благодаря которому мы знаем об ацтеках так много. От Площади Трёх Культур прямая дорого ведет к храмовому комплексу Святой Девы Гваделупской. За несколько кварталов до этого грандиозного Святилища встречаются стройные колонны паломников – делегации христианских общин со всей Мексики. Колода истории тасуется чудно: дочь Ачитомитля, с которой ацтеки содрали кожу, стала прообразом богини-покровительницы ацтеков – Тоси (Тонанцин), главный храм которой находился на холме Тепиак, там, где теперь стоит Святилище Божьей Матери Гваделупской. Символично, не правда ли? Хотя, надо признать, что Божья Матерь Гваделупская выглядит симпатичнее старухи Тонанцин, да и добрее как никак. Практически все, кто сталкивается с фанатичной христианской верой современных мексиканцев, задается вопросом: что подвигло индейцев вдруг отказаться от своих богов и отдаться вере пришельцев? Да еще рьяно, неистово, до самоистязания? Конечно, отказ от веры в Пернатого Змея происходил не сразу, да и времени с тех пор прошло много – половина тысячелетия, однако посмотрите: Европа за эти века веру в Христа практически растеряла за исключением католиков-поляков, а Латинская Америка стоит столпом Христовой Веры и не шатается. Я думаю, что христианство со своей идеей жертвенности, культом страдания, эсхатологизмом нашло точки соприкосновения с верой ацтеков и майя. Эти точки прочувствовали и первые испанские миссионеры из числа францисканцев, доминиканцев и прочих. Действительно, боги принесли себя в жертву ради воссоздания мира и спасения человечества, и христианский Бог пожертвовал собой. Тема конца света ацтекам близка, так же как и идея о возможности искупления грехов. И разве Авраам не пытался принести в жертву человека? И если ацтеки совершали акты каннибализма, то они полагали при этом, что поедают тела своих богов. Но что в таком случае есть Святое Причастие, как не потребление внутрь «тела и крови» Бога? Короче говоря, эти «совпадения интересов» навели тех же миссионеров на размышления о том, что до них в Америке уже кто-то побывал с книгами Старого и Нового Заветов. Решительный перелом в битве христианства и язычества в Новой Испании произошел в 1531 году, когда индеец Хуан Диего встретил на холме Тепиак Тоси.. пардон, Деву Марию. Она сказала ему, что надобно в этом месте построить храм в Её честь. Индеец пошел к епископу Мехико и всё рассказал. Но епископ не поверил индейцу, поскольку, как водится, «индейцы лживы по природе своей». Тогда Дева Мария явилась индейцу во второй раз и подарила ему букет роз, который посоветовала отнести к епископу. Индеец спрятал букет в свой плащ и отправился к священнику. Когда же он развернул свой плащ, то никаких цветов там не оказалось. Вместо них на внутренней стороне плаща явился образ Девы Марии. Церковники быстро смекнули, что само Провидение послало им козырь в борьбе с язычниками… Хуан Диего впоследствии стал первым индейским святым, а образ Божьей Матери Гваделупской («Попирающей змей» в искаженном варианте) стал одним из самых чтимых в католическом мире. Теперь на холме Тепиак построен громадный комплекс, включающий современную базилику, в которой собственно и хранится образ на плаще индейца Хуана Диего, мимо которого посетители проезжают на «движущихся дорожках» по типу эскалаторов. Можно проезжать мимо образа взад-вперед сколько захочется. Напротив входа в главную базилику стоит «папамобиль», на котором Иоанн Павел II совершал турне по Мексике. Самая старая же церковь осела и накренилась, внутри её колонны поддерживают распорки. Еще одна красивая церковь стоит на макушке холма: туда ведет живописная лестница с цветниками. Вообще церкви Мехико отличает сдержанная пышность. Сдержанность объясняется тем, что в Мексике не было столько золота, как в Перу. Помимо Собора на Сокало стоит отметиться в церкви Святого Франциска у «Латиноамериканской башни», в церкви Сан-Доминго. Заходил я также в церковь Святого Креста (Веракрус) у парка Аламеда. Не могу сказать, что в церквях и соборах Мехико меня что-то сильно поразило. Из зданий же гражданской архитектуры мне по душе пришелся Дворец Искусств 1934 года. То, что со спокойной душой можно «пропустить», так это каналы Шочимилько на южной окраине Мехико. Эти каналы проходят между осевшими «на материк» чинампами. Берега каналов местами уже одеты в бетон. В выходные дни по каналам курсируют крытые плоскодонные лодки, на которых безыскусно проводят время жители Мехико. Приезжают со своей едой и устраивают своеобразный пикник на воде. Лодок так много, что они с трудом расходятся в узких каналах, постоянно наезжая друг на друга. Лодки с отдыхающими трудящимися перемешиваются с лодками торговцев разным товаром и музыкантами-марьячос, которые за 6-7 долларов исполняют песни по заказу, при этом чаще всего ужасно фальшивя. Что хорошего в этих марьячос, так это их «униформа», сомбреро и лакированные туфли с длинными носами. Если хотите посмотреть на этих музыкантов в более спокойной обстановке, приходите вечером на площадь Гарибальди – она для марьячос что-то вроде Арбата. Ну что ж, с Мехико вроде закончили. Прочь, прочь из большого города! «На волю, в пампасы!» Впрочем, это уже из другой географической области… См. продолжение....
Тэги: Мексика ,
X
Укажите Ваше имя на сайте TourBlogger.ru
Укажите пароль, соответствующий вашему имени пользователя.
Загрузка...