Мусса-Ачитара

Домбай, январь 2002

На самом деле едешь не куда-то, а от чего-то, Жизнь - это постоянное удаление от... И. Бродский. Мусса-Ачитара.

ГЛАВА1

Небольшой туристический автобус, следовавший по маршруту Ростов – Домбай, был до отказа заполнен людьми. Публика собралась самая разнообразная: впереди разместились семейные пары с детьми и люди преклонного возраста, середину облюбовали заядлые горнолыжники, узнаваемые по спортивному снаряжению и затаенному блеску в глазах, а на галёрке собралась толпа бесшабашных весёлых студентов. Несмотря на поздний час, никто не спал. Повсюду слышался смех, плеск разливаемого в стаканы вина, раздавалось незатейливое, чуть фальшивое, но старательное пение. Особенно разошлась середина: несколько бородатых мужчин дружным басом выводили «Под крылом самолёта о чём-то поёт зелёное море тайги», что несколько не соответствовало конечному пункту назначения. Иногда из первых мест долетало что-то вроде: «Эй, ребята, вы там, смотрите, пейте меньше!» - но оно тут же тонуло во взрывах хохота и непрекращающихся острот, расточаемых несколькими мастерами художественного слова. Однако постепенно бурное веселье начало затихать, перерастая в задушевные ночные разговоры… - А Вы хорошо катаетесь? - спросила худенькая кареглазая женщина лет 35, обращаясь к соседу слева. - С шести лет на лыжах. Я заболел горами ещё в детстве и, похоже, на всю жизнь. - А я вот не умею, - сказала она досадливо. - Это ничего, - поддержал мужчина, - главное - желание, а всё остальное придёт. - А Вы в Домбай не в первый раз? - Нет, что Вы, - рассмеялся он, - уже счёт потерял. Но, поверьте, лучшего места на Кавказе я не знаю. На Красной поляне климат мягкий, бывает так: только разгонишься, во вкус войдёшь, и дождь начинается. Судите сами, удовольствия мало. Эльбрус, Чегет – дело другое, но там природа не такая, в Домбае она мягче, женственнее, утончённее, что ли… - Мам, а мы скоро приедем? - внезапно произнёс мальчик лет десяти, слегка поёживаясь и прислонив руки к груди. - Ты что, замёрз? – обеспокоено спросила женщина. - Да нет, немного, а мы скоро приедем? - Скоро, спи давай, вот неугомонный!( Она укутала его потеплее.) Завтра поговорим, завтра… Постепенно все голоса затихли, и когда на тёмном небе стала появляться первая сизая дымка рассвета, автобус спал, погрузившись в крепкий кратковременный сон. Она не спала. Девушка сидела, облокотившись на спинку кресла, и, обхватив руками колени, задумчиво смотрела в окно. Её никто не сопровождал, место рядом пустовало, и это обстоятельство выглядело странным. Однако девушку, похоже, последнее не смущало: во время всеобщего веселья она с удовольствием распевала песни, вступала в диалог с незнакомыми людьми, была независима и раскрепощена, не обращая внимания на любопытные взгляды вокруг, словно жила какой-то своей, неведомой никому и неразгаданной жизнью. На вид ей было лет семнадцать, но уже через несколько минут знакомства с нею что-то в выражении её больших серо-зелёных глаз заставляло думать, что она несколько старше. И решительно никто не смог бы ответить на вопрос, почему это юное создание без спутников и спортивного снаряжения отправилось в горы навстречу неизвестности… Глава 2. Утро было прекрасно. С правой стороны автобуса тянулась горная цепь, вершины которой казались алыми в лучах восходящего солнца, а слева пассажиров приветствовал лес. Мохнатые ветви елей то и дело касались стёкол, барабаня по ним колючими иголками так, что становилось непонятно, хотят они поздороваться или, напротив, преграждают путь непрошенным гостям, без спросу вторгающимся в чужие владения. Дорога была завалена снегом, из-за чего автобус ехал медленно, часто пыхтел, буксовал, на секунду замирая на месте, затем снова продолжал путь после небольшой передышки. Вскоре лес отступил, показались первые жилые постройки: маленькие частные, преимущественно одноэтажные домики, за которыми располагались туристические базы и санатории. Здесь автобус остановился. Невысокий мужчина крепкого телосложения с примечательными усами, слегка закрученными на гусарский манер, вскочил с места и, держа в руке список с фамилиями, громко прокричал: «Просыпайтесь, граждане, приехали!» Тотчас всё внутри зашевелилось, словно проснулся гигантский муравейник. Люди поднимались с мест, торопились к выходу, возвращались назад, в спешке хватая забытые вещи, и, глотнув свежего морозного воздуха, бежали к багажному отделению, стараясь как можно быстрее разобрать сумки. Она стояла чуть поодаль, не принимая участия во всеобщей суете, и с изумлением смотрела вокруг. Тем временем руководитель группы не унимался: - Ивановы! Есть Ивановы? - кричал он, отчаянно жестикулируя и вращая тёмными глазами. - Так точно, - следовал торопливый и короткий ответ. - Оганесян, Прохоровы, Зинченко, Липнуховы… Внезапно девушка услышала свою фамилию и, вздрогнув от неожиданности, отозвалась. - Вы? - растерянно спросил руководитель, удивлённо глядя на неё. - Я, - спокойно ответила она и, улыбнувшись, подошла ближе. Наконец, все были в сборе и, образовав дружную нестройную колонну, двинулись к санаторию. Глава 3. Территория оказалась довольно большой, с обилием хвойных деревьев и удивительными скульптурами животных, разбросанными хаотично среди уютных жилых коттеджей, предназначенных для отдыхающих. Несмотря на праздничные дни, домики пустовали. Однако всеобщей гармонии это не нарушало, и расположенный в лесу санаторий дышал таинственной прелестью тишины. Девушке достался двухместный номер с телевизором и удобствами на этаже. Последнее её нисколько не огорчило. Не будучи избалованной, она могла мириться с любыми обстоятельствами и чувствовала себя великолепно. Раздвинув шторы, искательница приключений закружилась по комнате, с удовольствием подставляя лицо солнечным лучам, стремительно ворвавшимся в это холодное и не очень уютное помещение. Продолжая танцевать, она услышала, как всех зовут обедать, и, накинув куртку, вышла. Столовая располагалась в десяти метрах. Это было обычное двухэтажное здание с просторным залом и небольшими столиками на четырёх человек. Девушку посадили с молодой парой. Наташа и Алексей оказались мастерами спорта, но на лыжах не катались, а приехали развеяться и показать горы восьмилетней дочке. Наташа ей сразу понравилась. Она была умна, сдержанна и приветлива, а вот её муж производил не очень лестное впечатление: сидя напротив, он то и дело впивался в неё глазами, пытался поразить глупыми шутками, не подозревая, видимо, об ударениях в словах. Окинув помещение внимательным взглядом, девушка определила, что тесно общаться будет не с кем. Поболтать, конечно, она могла со всеми, но публика состояла из семейных пар, преимущественно среднего возраста, приехавших отдохнуть и побыть наедине друг с другом. Впрочем, её это не сильно расстроило. Как человек самодостаточный, она никогда не скучала наедине с собой, могла появиться в любом месте и, не заботясь о мнении окружающих, всегда поступала так, как считала нужным. Тем временем обед закончился, и руководитель, выбежав в центр зала, заголосил так, как будто решалась его судьба: - Водопады! Водопады! Кто хочет на водопады? Экскурсия пешеходная, красота неописуемая. Водопады! Что? – спросил он в ответ на чью-то реплику. – Нет, товарищи, в Домбай мы сегодня не поедем. Автобус не дали. Водопады! - Пойдёте с нами? – обратился он к ней, когда девушка проходила мимо. - Пойду, – не раздумывая, ответила она. - Вот и отлично, - кивнул руководитель, и, подмигнув ей, продолжил - водопады! Водопады! Кто хочет на водопады? Глава 4. Они шли уже час. Миновав посёлок и зону отдыха, группа свернула налево и, утопая по колено в снегу, начала восхождение. Поднимались медленно, часто останавливались и, отхлебнув глоток настойки из черноплодной рябины со спиртом, которая как нельзя кстати, оказалась у одного из отдыхающих, продолжали путь. Местами снег доходил до пояса, тогда руководитель делал предупреждающий знак рукой, и люди, сбавив темп и выстроившись в затылок, ступали след в след, чтобы лучше удержаться на ногах. Она шла в конце, сознательно пропустив группу вперёд, и успевала фотографировать всё, что казалось ей необычным. Девушка замечала и причудливые ветви деревьев, которые, глядя из-под снежных шапок, походили на сказочных лесных чудовищ из царства Берендея, и таинственные сугробы, белыми громадными глыбами встававшие у них на пути, её поражала бесконечная игра солнечного света и тени, переливающейся тёмно-голубыми и фиолетовыми оттенками палитры. Вокруг царило безмолвие. - Конечная станция, - объявил руководитель, и в этой полуденной дрёме его голос прозвучал странно, словно нарушил какую-то устоявшуюся гармонию и покой. - Не пойдём дальше? - А где водопады? - Михаил Иваныч, Вы же нам красоту обещали, - обиженно сказала какая-то женщина из группы. - Эх, Вы, вот она – красота, - ответил руководитель, раскинув руки в стороны. - Но где же водопады? - не унималась женщина. - А Вы разве не видите? Поднимите голову, - сказала подошедшая девушка. – Они замёрзли. Метрах в пяти с небольшой отвесной скалы свисали застывшие куски льда, напоминающие горный хрусталь, ослепительно сверкающий на солнце. - Нравится? – спросил руководитель у стоявшей рядом девушки. - Очень, - ответила она. – Но ещё больше мне нравится вид сверху. Я люблю высоту. - Да, - оценивающе кивнул Михаил Иванович. – Хороша Теберда! Внизу виднелся посёлок. Маленькие домики, припорошенные снегом, прятались среди гор и заповедного леса. Солнце светило так ярко, что просматривался каждый камушек, словно охваченный жёлтым огнём на белом покрывале. Никогда раньше она не видела такого синего неба и такой прозрачной высоты. - Завтра можно будет загорать, - сказал руководитель. - Вы шутите? - Я серьёзно. Там наверху всё по-другому. У меня знакомый недавно красно-коричневый вернулся. На Эльбрусе отдыхал. Пришлось ему всем рассказывать, что в Африке на крокодилов охотился, чтобы не приставали. Чудак человек! А вообще в горах погода меняется каждые полчаса. Бывает, спускаешься сверху на лыжах, солнце палит - экватор, а внизу окажешься, смотришь – небо тучами затянуло, снегопад начинается, так-то. - Интересно, - сказала девушка. - Катаешься? - Нет. - Тогда тебе первая горка подойдёт, далеко ходить не надо. Для чайников лучше всего. - Для кого? - Для чайников. Так начинающих называют. Обиделась, что ли? - Вовсе нет, - ответила она и улыбнулась. - Даже забавно. Я обязательно покатаюсь, но мне больше хочется наверх, к самым вершинам. - Зачем? – удивился Михаил Иванович. - Чтобы увидеть землю с высоты птичьего полёта и побывать там,…я обожаю горы, они притягивают меня. - Что ж, думаю, у тебя это получится. Но купальник захвати, мы тебе солнышко закажем, - серьёзно сказал руководитель и, взглянув на часы, сделал несколько шагов по направлению к группе. - Дамы и господа, туда-сюда, время истекло, возвращаемся в санаторий… Вечером в её номер постучали. На пороге стоял Алексей. Вид у него был непривлекательный: маленькие глазки суетливо бегали из стороны в сторону, а на возбуждённом лице застыла глупая, чуть виноватая улыбка. В воздухе витал алкоголь. - Здравствуйте. Можно войти? - спросил он риторически и сделал шаг по направлению к девушке. - Добрый вечер, - холодно ответила она. – Извините, но я бы хотела отдохнуть. И с этими словами захлопнула дверь у него перед носом. Глава 5 . С утра шёл снег. Он сыпал мелкой белой крупой, размывая чёткие силуэты деревьев, одноэтажных корпусов, людей и окрашивая мир в пастельные тона. Вершины гор были смазаны, представая расплывчатым пятном среди снежного великолепия. Она выглянула в окно. В этом зимнем настроении было что-то лирическое и таинственное одновременно. Ей вспомнилось: « Ты завтра очнёшься от спячки, И, выйдя на зимнюю гладь, Опять за углом водокачки Как вкопанный будешь стоять. Опять эти белые мухи, И крыши, и святочный дед, И трубы, и лес лопоухий Шутом маскарадным одет…» « Белые мухи… Пастернак – это сила», - прошептала девушка. Она постояла ещё немного, словно боясь вспугнуть тишину, потом взглянула на часы и, нехотя задёрнув шторы, поспешила на улицу. В столовой было тепло и шумно. На её приветствие Наташа ответила кивком головы и лёгкой вежливой полуулыбкой, Алексей же, напротив, отвёл взгляд и на протяжении всего завтрака упорно молчал, насупив брови и изучая содержимое тарелки. Не обращая на это ни малейшего внимания, она с удовольствием беседовала с Катей, дочерью её новых знакомых, поглощала кашу и строила планы на будущее. В десять часов группа собралась возле автобуса. - Все вместе, все на месте? – деловито спросил подошедший руководитель. Он сделал перекличку и, отдав водителю последние распоряжения, захлопнул дверь. Затарахтел мотор, автобус тронулся. - Михаил Иваныч, а как насчёт солнышка? Не заказали? – лукаво спросила девушка. - Извини, не получилось, - развёл руками руководитель. – Я же говорю: горы. - Горы красивы в любую погоду, - сказала она тихо и, опустившись на сиденье, взглянула на притихший лес… Время бежало незаметно. Снег кружился в воздухе и, ласково коснувшись стёкол, мягко ложился на извилистую дорогу, заметая следы от шин. Могучие ели, взявшись за руки, мирно дремали, погрузившись в сладкий зимний сон. Словно поддавшись всеобщему оцепенению, группа сидела в молчаливом ожидании. Наконец лес расступился, и автобус, сбавив скорость и проехав ещё метров двести, неуклюже затормозил. - Станция «Домбай», - бодро объявил Михаил Иванович и, распахнув дверь, первым выскочил наружу. Остальные последовали его примеру. Они очутились на небольшой утрамбованной площадке, сплошь заставленной машинами. Однако людей здесь было ещё больше: туристы, водители, инструкторы и местное население, торговавшее разными безделушками собственного изготовления, удивительным образом уживались друг с другом на этом маленьком, казалось, оторванном от внешнего мира, клочке земли. Картину дополняли стаи дворовых собак, то и дело пробегающих мимо. - В пять часов быть всем как штык. Автобус никого ждать не будет, - строго сказал руководитель. После этих слов группа разошлась. «Лягушатник для чайников» находился поблизости. Девушка безошибочно угадала его по небольшому склону, который даже горкой назвать было нельзя, полному начинающих. Быстро договорившись с инструктором и взяв напрокат лыжи, она прокаталась два часа и без сожаления оставила это занятие. «Никакого адреналина. Я даже ни разу не упала. Так ничему не научишься, - подумала девушка. – Если я проведу здесь ещё несколько дней, то рискую ничего не увидеть», - решила она и с этими мыслями обратилась к невысокому коренастому мужчине, который стоял неподалёку. - Скажите, пожалуйста, как мне попасть наверх? - Какой уровень Вас интересует? - А их несколько? - Да, конечно. Мы находимся на первом, а последний – пятый. - Я хочу побывать на всех. - Тогда Вам лучше сесть на канатную дорогу. Видите тот поворот налево? Она кивнула. - Пойдёте сейчас прямо, повернёте и поедете. Канатка проходит через все пять станций, но на каждой необходимо пересаживаться. - Можно добраться ещё чем-нибудь? - Да, до третьего уровня ходит трамвайчик. Он едет быстро и без остановок. Но если Вы не любите стоять в очереди, я не советую. - Спасибо, - сказала девушка и отправилась к канатной дороге. На пути ей встречались лыжники, одетые в яркие костюмы. Их контрастные фигуры великолепно смотрелись на фоне пронзительной белизны Кавказских гор. Она провожала их глазами, с улыбкой глядя вслед, и думала о том, в какой удивительный мир попала. В нём царила какая-то особенная атмосфера, где красота сочеталась с гармонией, а гармония дарила покой, который убаюкивал душу и заставлял забыть о проблемах, оставленных, как казалось, в другой жизни. Вскоре дорога повернула налево. Её обступили деревья. Несколько минут девушка шла по безмолвному лесу, как вдруг сквозь ветви увидела маленький деревянный домик. Он возник так неожиданно, что от удивления она вскрикнула. Спрятавшись подальше от человеческих глаз, домик казался сказочным и привлекал внимание посторонних. Она подошла поближе. Присмотревшись внимательнее, девушка увидела ещё несколько прелестных жёлтых строений, беспорядочно разбросанных поодаль. «Обязательно разузнаю, что это», - решила она и продолжила путь. Несколько минут спустя показалась канатная дорога. Одинокие сиденья медленно плыли над лесом, слегка раскачиваясь от ветра. Справа дремала билетная касса. «Никого нет, даже странно», - удивилась девушка. Купив билет, она ловко села в кресло и, оторвавшись от земли, плавно поднялась в воздух. С первых же секунд ею овладел такой восторг, что она принялась крутиться на месте, как заведённый волчок и, рискуя выпасть, фотографировала летящее небо, перевёрнутые верхушки деревьев и проглядывающие сквозь них силуэты гор, величественно проплывающие мимо. Удовлетворившись, наконец, проделанной работой, девушка развернулась на сиденье и, прислонившись к изогнутой железной палке, прикреплённой к креслу с левой стороны и соединяющей его с канатным тросом, перекинула ноги через подлокотник. Задрав голову, она посмотрела на расплывчатое небо, из которого, не переставая, продолжал сыпать снег. Он таял у неё на лице, а она улыбалась ему, своим мыслям и той необыкновенной головокружительной лёгкости, которая возникает при чувстве полёта. «Отсюда всё кажется иным и воспринимается по-другому, - думала девушка. – Как бы я хотела превратиться в птицу и облететь весь мир. В нём столько интересного! Жаль, что люди не всегда это замечают». Через некоторое время она заметила конечную станцию и, когда сиденье, опустившись на минимальное расстояние, почти поравнялось с землёй, быстро спрыгнула вниз. Осмотревшись, девушка увидела пересадочный пункт, и, поскольку ничего выдающегося для себя на втором уровне не обнаружила, то решила следовать дальше. Здесь наблюдались признаки цивилизации: вместо «избушки на курьих ножках» у канатной дороги стоял весьма упитанный господин и уверенной рукой клал деньги за проезд в нагрудный карман куртки. Расплатившись, она поехала. На встречном движении показались люди. Одетые в разноцветные куртки, в больших защитных очках и болтающихся в воздухе лыжах, кое-как прикреплённых к ботинкам, они выглядели довольно забавно и напоминали инопланетных существ, спустившихся с космического корабля. Завидев издали симпатичную девушку, они улыбались ей и, кивая головой, поднимали в знак приветствия правую руку. Она отвечала тем же, иногда фотографировала их, одновременно замечая меняющийся ландшафт и чувствуя изменения температуры. Становилось холоднее. Вскоре лес остался позади, теперь со всех сторон её окружали горы. Они вставали перед ней белыми громадами, прекрасные и недоступные, загадочные и суровые, вершинами устремляясь в бесконечность. - Здравствуйте, горы! Как я люблю вас! Вы – тайны мироздания, - шептала девушка, любуясь ими. Она больше не вертелась, а, напротив, сидела тихо и заворожено смотрела вдаль. Доехав до третьего уровня, девушка сошла вниз и осмотрелась. «В какое необычное место я попала», - подумала она, анализируя увиденное. Перед ней открывался особый мир, живущий по своим законам и воплощающий в себе лучшие человеческие устремления. Здесь ощущалась аура доброжелательности, искренности и весёлого задора, граничащего со здоровым юмором и улыбками на лицах, которые так редко встречаются в повседневной жизни. На небольшой утрамбованной площадке, которая, как островок, затерялась среди крутых и пологих снежных склонов, заполненных катающимися, расположились всевозможные кафе, где люди вместе отдыхали, обедали, делились впечатлениями. Её внимание привлекла небольшая палатка, разбитая возле оригинального строения в форме летающей тарелки. В палатке находился человек. Он что-то мастерил, стоя на коленях и орудуя молотком. Девушка подошла к нему. - Добрый день! - сказала она, - простите, что отрываю Вас от дел, но мне кажется, Вы хорошо знаете эту местность и сможете мне помочь. Мужчина выпрямился и с интересом взглянул на неё. - Дело в том, что я плохо здесь ориентируюсь, не знакома с достопримечательностями, а путеводителя, к сожалению, у меня нет. - А где находитесь, знаете? – спросил он иронично. - В Домбае, - ответила она в тон и улыбнулась. - А что именно Вас интересует? - Расскажите мне об этом крае, - попросила девушка. - Что ж, - пожал плечами мужчина, - вообще-то я влюблён в Эльбрус, а эти места изучил не очень хорошо, но постараюсь Вам помочь. Домбай в переводе означает «Зубр», на данный момент является самым раскрученным зимним курортом Северного Кавказа. Это (он описал полукруг правой рукой) – знаменитая домбайская поляна, она считается живописнейшим местом в Карачаево-Черкесии. Зимой здесь полно лыжников, а летом от туристов прохода нет. - Что же их так привлекает? - В очереди на трамвайчик меньше стоять приходится, - пошутил мужчина. – На Эльбрусе нет канатной дороги, толпы сумасшедшие, да и сервис чуть хуже. А если серьёзно…не знаю, наверное, это в крови. К тому же здесь природа, водопады, конные экскурсии… всего и не перечислишь. - Но Вы любите Эльбрус! - Да, - страстно сказал он. – Всю жизнь там катаюсь, пять раз на вершину восходил. - Здорово. Как мне хочется там побывать! - А, Вы из какого города? - Из Ростова. - Ой, так у вас хорошо налажена работа спорткомитета. Я знаю многих людей из ростовских групп, которые поднимались на вершину вместе со мной. Я, собственно, только что оттуда. У нас тур: Эльбрус – Архыз – Домбай. - А потом куда? - Ещё не знаю. Может, в Карпаты, а, может, ещё дальше. - Внизу я заметила небольшие деревянные строения. Вы случайно не знаете, что это? - Вероятно, Солнечная долина. Эти домики построены без единого гвоздя. Как говорится, местная достопримечательность. Раньше там был гостиничный комплекс, но сейчас он не функционирует. - А эта « летающая тарелка» здесь давно? - Сколько себя помню. Она тоже закрыта, а вообще это пятизвёздочный отель на шесть человек. - Здесь всё так необычно. Но больше всего мне нравятся горы. - Согласен, - кивнул мужчина. - Как называется вон та вершина? – она указала рукой на расплывчатую точку, виднеющуюся вдали. - Мусса-Ачитара. - Мусса-Ачитара, - медленно повторила девушка, словно пытаясь лучше запомнить сложное название. - Простите моё любопытство, но мы разговариваем уже десять минут, и меня в покое не оставляет вопрос: что такая юная красивая девушка делает здесь одна? - Путешествует. - Будьте осторожны, это небезопасно. - Спасибо, но я не из пугливых. - Это я заметил, но всё же…берегитесь местных джигитов и снежных лавин. И те, и другие молниеносны. - Я тоже умею быстро бегать. Думаю, что справлюсь, - уверенно сказала девушка. - Спасибо Вам за помощь. Удачи. И, повернувшись, пошла прочь. Мужчина стоял, выпрямившись, держа в правой руке так и не брошенный молоток, и задумчиво глядел ей вслед. Между тем девушка почувствовала, что немного замёрзла, и решила погреться в одном из кафе возле канатной дороги… Внутри было тепло и шумно. Осмотревшись, она заметила свободный столик возле большого прямоугольного окна и, недолго думая, села за него с чашкой чая. Помещение было пропитано запахами и каким-то здоровым залихватским духом, который бывает, наверное, только в горах. За окном по-прежнему шёл снег. На пологих склонах виднелись фигурки лыжников, продолжающих кататься, несмотря на ненастную погоду. Некоторые из них ехали так лихо, что, казалось, они вот-вот сорвутся и кубарем покатятся вниз. Но они ловко обходили все бугры и, одолев очередной крутой поворот, терялись из виду. Согревшись, она принялась наблюдать за людьми, которые вваливались в кафе раскрасневшиеся, в клубах морозного пара, внося с собой неустанное движение и живость дня. Обедали компаниями. Стряхнув снег с ботинок и поставив лыжи у стены, они располагались на широких деревянных скамейках, пели песни и потягивали глинтвейн из трубочек. Часто раздавался смех, слышались обрывки разговоров, из которых можно было вынести много интересного. «Если бы люди только знали, как они красивы, когда естественны, - думала девушка, - в них нет сейчас ни наигранной светскости, ни фальши, ни лживого лицемерия. Они сняли свои маски, став свободными от предрассудков». Больше всего на свете она ненавидела штампы и условности, часто нарушала их и, живя по своим выработанным законам и правилам, очень ценила ощущение внутренней свободы. Размышляя над этим, девушка взглянула на часы. «Около четырёх. Пора возвращаться. Жаль, мне так нравится этот самобытный мир. Завтра загляну сюда ещё раз», - решила она и с сожалением встала… Когда девушка оказалась внизу, уже почти стемнело. На посёлок спустились фиолетовые сумерки, и весь он стал похож на картину, написанную акварелью. Группа ожидала возле автобуса. - О! Ещё одна есть! – радостно закричал Михаил Иванович, завидев её издали. - Кто остался? Все здесь? Арутюновы? Вот я их, будь они неладны. Он погрозил кулаком в воздухе и начал ходить из стороны в сторону, как караульный на посту. Она осмотрелась. От дневного оживления не осталось и следа: торговая точка опустела, большинство машин разъехались, да и людей было теперь значительно меньше. «С заходом солнца всё замирает, - подумала девушка. – Интересно, а как выглядит ночь в этих краях?» По опыту она знала, что в горах в это время суток хоть глаз выколи, но здесь было много туристов, следовательно, ночная жизнь не прекращалась до утра. Наконец все собрались, и автобус, сделав несколько отчаянных попыток завестись, закряхтел, поднапрягся и, разгоняя отёкшие колёса, тронулся в обратный путь. Расположившись на заднем сиденье, девушка с интересом слушала Катю. Девочка была переполнена впечатлениями и болтала без умолку: - А потом мы как поехали! Летели, летели, вдруг дерево, папа кубарем покатился, а я удержалась. Мама кричит: «Вы сумасшедшие!», а мы хохочем. - На лыжах не катались? - Нет, на санках веселее. - Стоило приезжать в Домбай, чтобы кататься на санках, - вступил в беседу Коля, мальчик лет тринадцати, который уже давно прислушивался к их разговору. - Очень даже стоило, - обиженно сказала Катя. Дома так не получится. Дома то горок таких нет, то папы нет. А здесь и горки вон какие (она подняла руки вверх, показывая, как ей казалось, неимоверную высоту), и папа рядом! - А Вы что думаете? – обратился он к девушке. - Думаю, что каждый отдыхает так, как ему нравится, - уверенно ответила она. Остаток вечера прошёл спокойно. После ужина она два часа играла с Колей в настольный теннис, а потом, когда неожиданно выключили свет, они вместе с Катей отправились лепить снеговика. Девочка придумала приделать ему теннисный шарик вместо носа, в руки дать ракетку, а на голову надеть спортивную кепку, которую она выпросила у папы. Получился теннисист первого класса. Дети остались очень довольны и с чувством выполненного долга отправились спать. Она постояла ещё немного. «Звёзд не видно. Скорее всего, солнца не будет. Жаль, - подумала девушка, – завтра попробую подняться ещё выше» Глава 6. На следующий день снегопад усилился, и видимость стала ещё хуже. Вместо гор вдали виднелись размазанные образования неопределённой формы, как будто кто-то случайно капнул белой краской на светлую поверхность бумаги. Краска растеклась и застыла, замаскировавшись от чужих глаз. Ровно в одиннадцать они были в Домбае. Сегодня людей здесь оказалось меньше, и она решила, что это связано с непогодой. По дороге на воздушный трамвайчик девушка неожиданно увидела привязанных к столбу лошадей и местного карачаевца, который со скучающим видом прохаживался рядом. «Наверное, на них можно покататься», - догадалась она. Надо сказать, что это занятие ей очень нравилось, и хотя она не могла причислить себя к разряду наездниц первого класса, в седле держалась уверенно и скакала вдохновенно, не боясь выпасть во время галопа. - Сколько стоит покататься? – спросила девушка. - Для тебя, красавица, это ничего не будет стоить, - отозвался мужчина и окинул её хищным взглядом. – Ты замужем? - Да, всего хорошего, - спокойно ответила она и повернулась с явным намерением уйти. - Куда же ты? – Подожди, договоримся. - Думаю, нам не о чем договариваться, - сказала девушка и зашагала прочь. Через несколько метров она увидела тарзанку – две огромные стойки с поперечной перекладиной, к которой был прикреплён натянутый трос и приделанное к нему сиденье. Вся забава заключалась в том, что когда трос отпускали, человек, расположившийся на сиденье, подлетал высоко вверх и начинал крутиться в воздухе. Скорость и виражи зависели от веса: чем легче ты был, тем быстрее и головокружительнее тебя подбрасывало. Этот аттракцион только начинал входить в моду, и большинство ещё побаивалось в нём участвовать. Возле тарзанки уже собралась толпа. Молодой парень лет двадцати красноречиво убеждал людей о безопасности подобного мероприятия и тех острых ощущениях, которые обещает полёт. Несмотря на это желающих не находилось. - Ну, неужели же никто не решится, это так здорово, - твердил он. Совсем недорого, дешевле, чем у нас, не найдёте. Соглашайтесь. Не пожалеете. Есть желающие? - Есть, - ответила подошедшая девушка. - Сколько стоит? Несколько пар любопытных глаз обратились в её сторону. Парень обрадовался и назвал цену. - Дорого за пять минут удовольствия. - Ладно, - решил он, помедлив. – Раз ты такая смелая, давай мы тебя бесплатно подбросим. - Идёт, - согласилась девушка. - Если она полетит, я – следующий, - отозвался грузный мужчина из толпы. Девушка села в кресло, и когда ремни пристегнули, попросила: - Сфотографируйте меня, пожалуйста, когда я буду в небе. - Давай я сниму, - предложил мужчина. Она передала ему фотоаппарат. - Готова? – спросил парень. - Да. Трос отпустили, и её хрупкую точёную фигурку подбросило вверх, развернуло и начало крутить в небесном пространстве то приближая к облакам, то снова к земле, затем опять к облакам, не щадя и не спрашивая, нравится ли ей это. Но она, похоже, была в восторге: раскинув руки и запрокинув голову, девушка подставляла лицо снегу и ветру, беззастенчиво смеялась и с криками «ура» вертелась в воздухе, как заправский гимнаст во время исполнения трюков. Наконец, трос отпустили, и она сошла вниз разгорячённая и ужасно довольная всем произошедшим. - Ну, как? – спросил мужчина. - Супер! - Надя, я иду, - обречённо сказал он и, передав пакет с вещами женщине, стоявшей рядом, сел в кресло. Когда его тучное тело подбросило, он, скрестив руки на груди и соединив колени, принялся подпрыгивать вверх – вниз, как поплавок во время шторма. Между тем толпа увеличивалась. Теперь вокруг слышались реплики, раздавались аплодисменты, перерастающие в хохот и всеобщее оживление. Она незаметно выбралась наружу, решив, что больше ей здесь делать нечего, и отправилась к станции, откуда начиналась посадка на воздушный трамвайчик. Очередь возле кассы была небольшая. Вероятно, из-за непогоды, количество желающих кататься заметно сократилось. Люди не только не поднимались наверх, а, напротив, спускались обратно, поёживаясь от холода. Девушка вспомнила, что наверху температура ниже, но решения своего не изменила. Если она загоралась какой-нибудь идеей, то старалась осуществить её, невзирая ни на что. Трамвайчик был, безусловно, самым скоростным видом транспорта. Небольшая круглая кабина с просторными окнами, вмещавшая в себя около двенадцати человек, скользила над пропастью, позволяя любоваться горными кручами, которые сверху казались разрисованными тонкой беличьей кистью мастера. Через десять минут она очутилась наверху. Там действительно было неуютно: промозглый ветер швырял в лицо охапки колючего снега, трепал волосы и насмешливо заигрывал с кисточкой на её шапке. «Пожалуй, надо выпить чего-нибудь горячего», - подумала девушка и зашла во вчерашнее кафе. Сегодня народу здесь было ещё больше. Но по странному стечению обстоятельств стол, за которым она сидела, оказался пустым. Девушка с радостью заняла его и, обхватив руками горячую чашку, взглянула в окно. Видимость практически равнялась нулю. Снежный туман окутывал очертания, стирая горизонт и превращая всё вокруг в белую водянистую кашу. Когда в чашке ничего не осталось, она отодвинула её и уже собралась уходить, как вдруг услышала: - Здесь свободно? Девушка повернула голову. Слева стоял мужчина с вещами в руках. Темноволосый, выше среднего роста, одетый по последней моде: спортивный костюм, жилет и бандану, повязанную вокруг головы, с недельной небритостью, которая, впрочем, очень ему шла, неопределённого возраста и непонятной национальности незнакомец вызывал интерес и запоминался. - Да, - ответила она, продолжая сидеть. Мужчина положил вещи на подоконник и спросил: - Что Вы пьёте, едите? - Я не голодна, спасибо, - сказала девушка. Он отошёл и через секунду вернулся с напитками и горячей едой. Тотчас же перед ней появился коньяк и лимон, нарезанный тонкими кружочками. - Выпейте с нами, - попросил мужчина. Только сейчас она заметила, что он не один: вместе с ним была молодая женщина. Невысокая, стройная, с живыми глазами и светлой улыбкой на приветливом лице она излучала обаяние и моментально располагала к себе. - Ира, - представилась женщина, взглянув на девушку. Они познакомились. - Вы давно здесь? - Да, завтра уезжаем. Мы приехали ещё до Нового года. Встретим Рождество, и домой. «Рождество! Сегодня Рождество! А я совсем забыла об этом! – подумала девушка. - Вы из какого города? - Из Харькова. - Из Харькова! ( Когда она услышала это, её сердце сжалось). – Я так люблю ваш город, часто в нём бываю, у меня там много друзей. - Правда? – улыбнулась Ира. – А сами откуда? - Из Ростова. - Хороший город, - кивнула она. - Жаль, мы поздно познакомились. Вы где остановились? - В Теберде. Нас привозят каждый день на автобусе, а вечером мы едем обратно, но в Домбае мне нравится больше: здесь весело и многолюдно, чувствуется ритм, движение. -Да, у нас тоже весёлая компания, - сказала Ира. А Вы с кем отдыхаете? - Я одна. - Одна?! Без мужчины? На её лице выразилось неподдельное изумление. - А что в этом такого? – пожала плечами девушка. - Это очень смелый поступок, - ответила Ира. - Уже пообедали? Неожиданно к ним подошёл какой-то человек, вероятно, из компании её новых знакомых. - Нет ещё, присоединяйся, - произнёс молчавший до сих пор мужчина. - Гена, - кивнул он девушке вместо ответа и, поставив лыжи, сел рядом с Ирой. – Какие планы? – спросил он, обращаясь ко всем сразу. - Я накаталась, - сказала Ира. - Да, Игорь, сегодня она молодец, - одобрительно подтвердил Гена, - чудеса на виражах творила, и ласково обнял её за плечи. «Значит, его зовут Игорь», - подумала девушка. - А ты чем думаешь заняться? – продолжал допытываться Гена. - Мы поедем наверх, - невозмутимо произнёс он и повернулся к девушке. – Если Вы не возражаете, мы вместе поднимемся наверх, и я покажу Вам, какой вид открывается оттуда. Такого поворота событий она не ожидала. «Откуда ему известно, что я очень хочу попасть наверх? Странно, он как будто прочитал мои мысли», - размышляла она. Между тем Игорь, как ни в чём не бывало, продолжал сидеть рядом, спокойно допивая чай. Сталкиваясь с незнакомыми людьми, она всегда поступала интуитивно, порой, вопреки логике и здравому смыслу. Если внутренний голос говорил ей «да», что означало: этому человеку можно доверять, она слушала только его, и он ещё ни разу её не подводил. Однако по прошествии долгого времени, если бы её сейчас спросили, почему она согласилась тогда следовать за ним, она бы не нашлась, что ответить. К выбору мужчин девушка подходила избирательно, её трудно было чем-нибудь удивить, а банальные комплименты, которые она регулярно слышала в свой адрес, проходили мимо её ушей, не достигая цели. Обладая авантюрной и творческой натурой, она любила неординарные поступки в сочетании с личностной силой, которая оказалась бы способной укротить её свободолюбивый и упрямый нрав. Девушка посмотрела на Игоря, и совершенно неожиданно внутренний голос сказал «да». - Я очень хочу попасть наверх, - произнесла она вслух, но есть одно «но»: мой автобус уходит в пять, к этому времени я должна быть внизу. Он взглянул на часы. - Сейчас два тридцать. Если мы поедем только до последнего уровня, Вы успеете. Но решать Вам. Секунду поколебавшись, она сказала: - Тогда нужно поесть. Он улыбнулся. - Что Вы будете? ...... Через двадцать минут, оставив Иру с Геной, они сели на канатную дорогу и отправились дальше. (Перед этим Игорь, критически осмотрев её не слишком зимний наряд: коротенькую курточку, джинсы и лёгкие перчатки, которые весьма сомнительно согревали тонкие кисти рук, надел на неё свои профессиональные лыжные очки, способные защитить от любого ветра и снега, и, словно по взмаху волшебной палочки, достал из сумки тёплую кофту и варежки). Всё это пришлось как нельзя кстати. Они ехали над белой пропастью, поднимаясь туда, где живут облака и дышат горные вершины. Почти сразу же девушка ощутила невероятное оживление, как будто какая-то пружина, сдерживающая её изнутри, которая натягивалась до предела бесчисленное количество времени, неожиданно лопнула и отскочила прочь, поддавшись необъяснимой силе, вызванной его присутствием. Она болтала ногами в воздухе, пытаясь вглядеться в снежную завесу, и, с восторгом оглядываясь вокруг, чувствовала себя легко и свободно. Ей хотелось петь, танцевать, лететь с горы в сугроб и, набрав полные лёгкие воздуха, закричать что-нибудь сумасшедшее. Наконец, не желая больше сдерживать эту эмоциональную бурю, она откинулась на спинку кресла и, задрав голову вверх, неожиданно запела: - Дивлюсь я на небо тай думку гадаю, - Чому я не сокiл, чому не лiтаю, - подхватил Игорь, точно уловив её душевный настрой. Дальше они продолжили вместе: - Чому менi, Боже, Ти крилец не дав? – - Я б землю покинув i в небо злiтав. Они пели под аккомпанемент тишины, и между ними начала протягиваться тонкая незримая ниточка, которая крепла по мере того, как она узнавала этого человека. - Вы любите украинский? – спросила девушка с любопытством. - Нет, - ответил он, не раздумывая, – я воспитывался на Чехове. - А я обожаю. Он так мелодичен и забавен, и в этом есть что-то искреннее и трогательное. А стихи? У Вас есть любимый поэт? - Бродский. А у Вас? - Пастернак и Цветаева. Вообще-то мне нравятся многие. - Вы сами пишите? – спросил он внезапно. - Да. Иногда. А Вы? - Я тоже. Она посмотрела на него и начала читать: « Окно выходит в белые деревья. Профессор долго смотрит на деревья. Он очень долго смотрит на деревья. И очень долго мел крошит в руке……». - Это Евтушенко, - пояснила она, закончив, - а вот ещё одно: « Легкомыслие! – Милый грех, Милый спутник и враг мой милый!......». - А это Цветаева. Она сыпала стихами, как из рога изобилия, артистично и вдохновенно, а он слушал внимательно, с изумлением глядя на неё… Они совершенно не заметили, как доехали до четвёртого уровня, а когда очутились на земле, девушка попросила: - Подождите, пожалуйста, я хочу кое-что сфотографировать. Она стремительно отскочила в сторону, и, пробежав несколько метров, принялась искать подходящие кадры. Несмотря на непогоду, девушка быстро их обнаружила и, по обыкновению, начала менять позы, то пригибаясь к земле, то, напротив, поднявшись на носки и пытаясь запечатлеть холодное лиловое небо, нависшее над таинственными кручами среди снежной кутерьмы. Фотография была её страстью. Снимать означало то же самое, что есть и пить, и она не представляла себя без этого занятия. - На этот фотоаппарат не получится. Давайте я сфотографирую Вас на свой, предложил Игорь, который незаметно подошёл сзади. - Получится. Но я не откажусь от такого предложения, - ответила девушка. Она сделала несколько шагов вправо и стала кокетливо двигаться, выделывая разные па. - Мне так нравится Ваш фотоаппарат, - сказала она. Он, кажется, профессиональный? - Да. - Мечтаю о таком же, но правильно снимать не умею. -Я этому учился, когда работал оператором, - подтвердил Игорь. - А как Вы думаете, я бы смогла? - Сто процентов, - уверенно ответил он. Вы видите то, что не видят другие. Игорь закрыл объектив, и они продолжили путь. По дороге становилось холоднее, ветер усилился, а колючий снег царапал щёки, забивался под воротник и, проникая внутрь, таял, обжигая ледяным пламенем. Но девушка не чувствовала холода. В её душе уже зажёгся огонь, который, как она думала, потух навсегда. Наконец они приехали. Дальше двигаться можно было только пешком. Она осмотрелась: ни людей, ни какой-либо живой души здесь не было. Из-за плохой видимости та гигантская бездна, разворачивающаяся под ногами в метре от неё, казалась ещё необъятнее. Очертания гор резко выделялись среди всеобщего зимнего сумасшествия и, устремляясь ввысь, прорубали небосвод острыми чёрными пиками вершин. - Я предлагаю Вам подняться вон туда, - сказал Игорь. Она проследила за направлением его руки. «Мусса-Ачитара», - вспомнила девушка. - Та самая вершина, о которой говорил мужчина из палатки». Об этом она могла только мечтать. Девушка повернула голову и посмотрела на Игоря. В его твёрдом взгляде, точных словах и уверенных движениях не было ничего, что могло бы вызвать у неё хоть тень сомнения по отношению к нему. К тому же, этот человек ей нравился. Однако существовала одна проблема, о которой она незамедлительно спросила: - Как я попаду в санаторий, если опоздаю на автобус? - Я возьму Вам такси. Впрочем, ответ она уже знала: - Идёмте, - решительно произнесла девушка. - Сердце? Давление? - В норме. - Тогда вопросов больше нет. И они, оставив канатную дорогу, начали подниматься в гору, удаляясь от последнего места человеческого присутствия. Когда снег доходил до колена, Игорь шёл впереди, а она ступала по его следам, стараясь не сойти с узкой извилистой тропы. Поначалу они огибали кольцо вокруг горы, подбираясь к месту, наиболее удобному для восхождения. Шли быстро, не останавливаясь и не сбавляя темпа. Иногда он спрашивал, не устала ли она, но девушка была полна сил и кипучей энергии. К тому же её неутомимое сердце не знало усталости, давно привыкнув к ежедневным тренировкам, к которым она себя приучала. Ходьба и плавание были её любимыми видами спорта. Ещё в детстве, впервые посетив бассейн, девушка почувствовала, что вода – её стихия, и больше не расставалась с ней никогда. И в дождь, и в гололёд, и в снегопад, в любом состоянии души и тела она, собрав волю в кулак, ехала туда, где голубой кафель просвечивается сквозь прозрачную хлорированную воду. Очень быстро научившись плавать, девушка разработала для себя индивидуальную программу и неукоснительно следовала ей с упорством олимпийского чемпиона. Впоследствии к бассейну присоединились бальные танцы, добавившие к её точёной фигурке королевскую осанку, которую она сознательно вырабатывала годами каждодневного и упорного труда. - И охота тебе так себя изводить? – поражались знакомые. - Возможно, я была бы и рада лежать на диване, но у меня нет ни денег на лекарства, ни богатырского здоровья, а болеть в мои планы не входит, - отвечала девушка. Поэтому, следуя за Игорем, она чувствовала, как каждая клеточка её тела поёт, с благодарностью отвечая на движение и азарт, вызванный необычными обстоятельствами, так любимыми ею. Наконец они подошли к стартовой площадке, откуда начинался подъём, и где из-под снега торчали скользкие ребристые части скал. Здесь Игорь взял её за руку, и она, сжав её, беспрекословно последовала за ним. Они взбирались на вершину, и, невзирая на ветер, бросающий в лицо охапки снежной крупы, вели вполне светскую беседу в хорошем стиле. - Вы часто бываете в горах? - Да. В прошлом году мы ходили на Эльбрус. Генка водил нас, он альпинист. «Как любопытно: за сутки я встречаю уже второго человека, покорившего Эльбрус», - подумала она. – У Вас интересные друзья. - Спасибо. - Мне так хочется побывать там. Думаю, я бы справилась. - Наверняка…. Чем Вы занимаетесь? – спросил Игорь после недолгой паузы. - Пою, танцую и путешествую. А ещё хожу в театр, обливаюсь по утрам холодной водой и работаю учителем, - выпалила она так бодро, словно выстрелила увесистой дробью из крупнокалиберного пистолета. После последних слов его лицо стало серьёзным. - Это неблагодарная профессия, - сказал он задумчиво. - Почему? - Тётя Валя рассказывала. Она проработала в школе много лет. - Я очень люблю свою работу. Дети – лекарство от всех болезней. Игорь посмотрел на неё с изумлением. - Что Вы преподаёте? - Английский. Но больше всего меня привлекает сцена. Я пишу сценарии по мотивам детских произведений, подбираю музыку, переделываю песни и ставлю спектакли. В прошлом году, например, я выпустила «Теремок» и «Приключения Буратино». Маленькие дети - великие актёры, у них эмоции бьют через край и всё на лице написано. Такое удовольствие учить их, видеть, как они взрослеют, и сознавать, что ты к этому причастен. - May be, may be, - сказал он, - и в его глазах снова отразилось изумление. Девушка чувствовала, что Игорь так же далёк от мира детства, как она от дебита и кредита вместе с НДС и подотчётным налогом в ненастную погоду. - Вы катаетесь? – спросила она. - Нет. - И я нет. Наверное, Вы успели сделать много потрясающих снимков? - Надеюсь. По приезде мы с Генкой устроим выставку. «Он говорит о нём с такой теплотой. По-моему, это его близкий друг», - размышляла девушка. - Вы сказали, что работали оператором, а сейчас? - Сейчас я работаю на телевидении, - ответил Игорь… Прошло часа полтора, а, может, чуть больше. За разговорами время пролетело незаметно, и когда они, преодолев очередной крутой подъём, внезапно очутились наверху, это произошло так неожиданно, что она вздрогнула. Они стояли на небольшой неровной площадке, покрытой снегом, но стоило им сделать несколько шагов в сторону, как тотчас оттуда открывалась зияющая бездна, которая слепила глаза, захватывала дух, кружилась в сумасшедшем ритме вальса и, улыбаясь гордо и непобедимо, прятала в молочном тумане очертания далёких гор, слабо просматривающихся сквозь призму белой ледяной завесы. Здесь не чувствовалось течения времени. Оно как будто остановилось, преобразовавшись в холодную непоколебимую вечность, твёрдую, как сталь, прекрасную и недосягаемую. « Я как птица, прилетевшая на Олимп. Наверное, здесь живут боги», - подумала она и посмотрела на Игоря. Он стоял рядом и, не отрываясь, смотрел вдаль, словно пытался разглядеть что-то, ускользающее от его взора из-за плохой видимости, которую он не желал замечать. - В хорошую погоду отсюда виден Эльбрус, - сказал Игорь. Его незыблемая фигура выглядела как ещё одна скала, возникшая там, где прорастает не каждый цветок и течёт не каждый ручей. Он повернулся к ней. - Жаль, шампанского нет. Мы бы отметили наше восхождение. - Ничего. - Я посвящаю Вас в альпинистки. Он нагнулся и поднял два камня. - Возьмите один на память, а другой я оставлю себе. Буду смотреть на него, и вспоминать Вас, а Вы – меня. Она посмотрела на его ладонь. На ней лежали два небольших серо-зелёных осколка неизвестной породы с вкраплениями белой сверкающей слюды. - Я возьму этот. Он чуть поменьше. Вы мужчина, Вам больше подходит другой. - Хорошо. Игорь улыбнулся и протянул ей камень. - Здесь потрясающий вид, - сказала девушка. – Сфотографируйте меня, пожалуйста. И, не медля ни секунды, легла на снег, положив голову на белую подушку на краю летящей пропасти…. Когда они спустились вниз, вокруг уже сгущались сумерки. Однако ехать в темноте было по-своему интересно: окружающие предметы, укутанные в сиреневое одеяло, приобрели таинственные очертания и, загадочно подмигивая издали, глядели им вслед, бросая фиолетовые тени на дышащую прохладой ночную дорогу. - На автобус я, конечно, опоздала. Уже начало шестого. Игорь внимательно посмотрел на неё. - Где Вы остановились? - В Теберде. В санатории «Нарат». - Можно на ты? - Конечно. - Уже, я думаю, можно, кивнул он. – В этой белиберде, наверное, скучно. Я предлагаю тебе остаться со мной и провести вечер в нашей компании. Поужинаем, потанцуем, встретим Рождество. Ты отдохнёшь, повеселишься. Мне почему-то очень не хочется тебя отпускать. - А как же я доберусь домой? - Я возьму тебе такси. Предложение остаётся в силе. Она колебалась недолго. - Знаешь, мне действительно не хочется возвращаться в белиберду, - сказала девушка.- Я принимаю твоё предложение. Когда они достигли второго уровня, всё погрузилось во мрак. Здесь пришлось ехать порознь, так как места были предназначены для одного человека Они сели друг за другом, и Игорь, устроившись сзади, начал засыпать её вопросами, на которые она с удовольствием отвечала, включившись в своеобразную игру, увлекающую их обоих всё больше и больше. - Кто ты по знаку зодиака? – кричал он издали, нарушая установившуюся вокруг тишину. - Водолей. - А в какой год ты родилась? - Угадай. - В год лошади? - Нет. - Собаки? - Нет. - Дракона? - Нет же. - Кролика? - Опять не угадал. Наконец, перебрав практически всех животных, он неожиданно воскликнул : - Какой ужас! Ты обезьяна! - Да. - У нас с тобой ничего не получится. - Почему? - Потому что я – змея. Ты представляешь, какие отношения могут быть у обезьяны со змеёй?! - Точно такие же, как со всеми остальными. Не переживай, я ещё и коза тоже. - Как это? - По восточному календарю год обезьяны наступает в феврале, а я родилась в январе. Так что всё намного хуже. - Понятно. - А кто ты по знаку зодиака? - Угадай. У тебя есть.…двенадцать попыток. С десятого раза ей удалось узнать, что он близнецы. - Так Вас, оказывается, всегда двое? - Да. - Ты веришь в гороскопы? - Вообще-то нет, но иногда я замечаю, что начинаю по ним жить. - Это серьёзно… Игорь и его друзья снимали квартиру в одном из пятиэтажных домов хрущёвской эпохи, который находился в пяти минутах ходьбы от канатной дороги. Они поднялись на третий этаж, и когда в ответ на требовательный звонок за дверью послышались шаги, девушка вдруг ощутила ужасную неловкость, что случалось с ней в исключительных случаях. - Знаешь, мне так неудобно, - сказала она. - Я тебя понимаю и уважаю твои чувства, но, поверь, тебе не о чем беспокоиться, - заверил Игорь. Через секунду дверь распахнулась, и на пороге показалась полноватая добродушная женщина лет пятидесяти. - А, заходите, - улыбнулась она и скрылась так быстро, что они и глазом не моргнули. - Ужинать будете? Я картошку жарю, - раздалось откуда-то слева. Девушка узнала Ирин голос. - Будем, - ответил Игорь, помогая ей раздеться. Через пять минут все были в сборе. Девушка с удовольствием слушала рассказ тёти Вали (той самой женщины, которая открыла им дверь) о том, как она много лет назад познакомилась в Домбае со своим будущим мужем, колоритным мужчиной, сидящим рядом с нею, и теперь они каждый год отмечают здесь эту знаменательную встречу, уплетала сало, которое раньше терпеть не могла и никогда не представляла, что оно может быть таким вкусным, и украдкой поглядывала на Игоря, неожиданно поймав себя на мысли, что ей нравится на него смотреть! «Впервые за столько времени мне нравится на кого-то смотреть! Это поразительно! – думала она. – Мне нравятся его слова, нравится то, как он их произносит, нравится, как он сидит, ест, пьёт, смеётся. Я не узнаю себя» А ещё через десять минут все остатки былой неловкости растворились в воздухе. Ей казалось, что она давно знакома с этими людьми и их лица уже успели стать для неё родными. - Во сколько мы собираемся? – спросила Ира. - В девять, - ответил Игорь. Он объяснил девушке, что у них заказан столик в одном из кафе, где вся их компания (с остальными они познакомились в Домбае) собирается отметить Рождество. - Я в душ, - объявила Ира, и, очистив стол от грязной посуды, скрылась в ванной комнате. - Горячая вода есть? – спросил Гена. - Да, подарок к Рождеству, - пошутила тётя Валя. - Я предлагаю обменяться телефонами, - сказал Игорь, обращаясь к девушке и, не дожидаясь ответа, достал визитку. В это время тётя Валя принялась измерять давление, сначала себе, а потом всем желающим. Чувствовалось, что она считала своим долгом заботиться об окружающих. - Есть возможность принять ванну, - обратилась к девушке внезапно появившаяся Ира. - Нет, спасибо, - ответила она, считая такой шаг неуместным. - Вы уверены? Хорошая ванна никогда не помешает. - Иди, кивнул Игорь, а после тебя – я. - Но у меня нет банных принадлежностей. - Пустяки, я всё Вам дам, - улыбнулась Ира. « А, действительно, почему бы и нет? Я же хочу в душ», - подумала девушка и согласилась. Струи тёплой воды успокаивали и расслабляли. «Интересно, - размышляла она, - ещё совсем недавно я не подозревала о существовании этих людей, а сейчас принимаю у них душ и измеряю давление. Они так искренни и доброжелательны по отношению ко мне, такое встречается редко» Через пятнадцать минут она сидела в спальне вместе с Ирой и сушила волосы. - Как Вам наш Игорь? – спросила Ира, искусно подкрашивая ресницы. - Хорошо. - Он Вам сказал, кто он? - Он говорил, что работает на телевидении. Ира на секунду задумалась. - Вообще-то да. - А в вашей компании все катаются на лыжах? - Да, кроме Игоря. Мы никак не можем его уговорить. Он один раз попробовал, упал и наотрез отказался от этой затеи. «Этот человек привык быть на коне», - подумала девушка. - Возьмите эту тушь. Она очень хорошая. - Спасибо, если честно, я не умею краситься. - Ты и так прекрасно выглядишь, - улыбнулась Ира. Без четверти девять они вышли на улицу. Погода изменилась в лучшую сторону: ветер стих, снегопад прекратился, а в вечернем воздухе ощущалось приближение Рождества. - Тебе понравилась тётя Валя? - спросил Игорь. - Очень. И её муж тоже. - Я здесь один, они меня опекают. - Такого поопекаешь, - подумала девушка. Кафе было забито до отказа. За длинным столом, покрытым расписной скатертью, их уже ожидали. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять: перед ней – зрелые люди, твёрдо стоящие на ногах, самореализовавшиеся и уверенные в себе. Последнее чувствовалось по их глазам, жестам и поведению. Она устроилась между Игорем и тётей Валей. - Что тебе заказать? – спросил он заботливо. - Спасибо, я не голодна. Мы же поужинали. - Разве это поужинали? Ты хорошо подумала? - Только сок и маленькую шоколадку. Если она действительно что-нибудь не желала, то никому и никогда не удавалось заставить её переступить через себя. - Хорошо, мне тоже что-то не хочется больше пить. Какой сок ты любишь? … По прошествии долгого времени девушка не смогла бы точно воспроизвести в памяти подробности того застолья: она помнила, что звучали какие-то тосты, отпускались шутки, они фотографировались, позируя перед объективом. Но всё, что произошло дальше, оставило в её душе глубокий неизгладимый след. Около одиннадцати Ира с Геной и она с Игорем пошли на дискотеку. На расцвеченном танцполе кипела ночная жизнь. Казалось, всё население Карачаево-Черкесии собралось в «Горных Вершинах» по случаю Рождества. Небольшое количество столиков, расположенных возле украшенных разноцветными гирляндами стен, было не в состоянии вместить всех желающих. Помещение гудело как пчелиный рой, заряжая весёлой атмосферой залихватского духа, разгулявшегося в этот поздний час. Было очевидно, что свободных мест нет, однако Игоря это не смутило. Окинув зал быстрым оценивающим взглядом, он тотчас куда-то исчез и вскоре появился со словами: « Порядок. Ребята сейчас уходят». Когда они подошли к столику, девушка увидела Костю, ученика той школы, где она работала. Он узнал её и, покраснев от смущения, пролепетал: - Ой, здравствуйте. « Мир действительно большая деревня», - подумала она. - Привет! Ты здесь с кем? - С родителями. - Нравится? Да, мы в Домбае каждый год отдыхаем. - Ты, наверное, здорово катаешься? - Не знаю, пожал плечами Костя. Извините, мне пора. До свидания. - Пока. Я была рада тебя видеть. Гена принёс напитки, они посидели немного и пошли танцевать, растворившись в ритмичном дыхании толпы. Внезапно Игорь тронул её за руку. - Смотри, - сказал он взволнованно. Она обернулась: на небольшом прямоугольном экране, возвышающимся над танцполом и расположенным так, чтобы все желающие могли беспрепятственно видеть изображение, показывали лыжников-экстрималов. Они летели, едва касаясь поверхности земли, делали головокружительные виражи, поднимая за собой тучи снежной пыли, и, разогнавшись до предела, неожиданно оказывались в воздухе, стремительно прорывая горячими телами его холодный поток, чтобы через мгновение снова бесшумно опуститься вниз на шероховатый белый горный склон. Оторвавшись от экрана, девушка посмотрела на Игоря. Он стоял, не двигаясь, не в силах отвести глаз от изображения. В его взгляде читалась страсть. «Теперь я понимаю, почему он не катается, - подумала она. – Если владеть лыжами – то именно так. Если делать что-то – то непременно очень хорошо». В этом их мнения совпадали. - Эй, ребята, внимание сюда. Рядом появился Генка с фотоаппаратом. Он лихо отщёлкал несколько кадров, а когда на смену быстрой музыке зазвучала медленная, подошёл к Ире. Девушка танцевала с Игорем, наблюдая за ним и его друзьями. Ей нравилась эта пара. В ней чувствовалась гармония, свежесть отношений, забота друг о друге, которая выплёскивалась из добрых Генкиных глаз навстречу Ириной лучезарной улыбке. - Ты играешь на фортепьяно? – неожиданно спросил Игорь. - Да. Как ты догадался? - Вижу музыкальные пальчики. - Я девять лет занималась, но всегда хотела играть ещё и на гитаре. - Почему не научилась? - Я считаю, что начатое всегда нужно доводить до конца, а у меня никогда не хватало времени. - Мы с тобой чем-то похожи, - сказал он. Когда музыка закончилась, Ира с Геной объявили, что они уходят. - А мы? – спросила девушка. Игорь посмотрел на неё. - Ты хочешь остаться? - Думаю, свежий воздух не помешает. - Значить, наши желания совпадают. Генка, мы с вами, - решил он. У выхода их догнал какой-то мужчина. - Вы такси заказывали, я уезжаю через пятнадцать минут. Она вздрогнула, поймав себя на мысли, что ни разу не вспомнила об этом за весь вечер. - Поедешь? – спросил Игорь. - Знаешь, пожалуй, ты прав: мне нечего делать в этой белиберде. Я хочу остаться с тобой. - Извините, девушка не едет, - сказал он. - Что? – не понял водитель. – Но Вы больше ничем не сможете туда добраться. - Девушка не едет, - повторил Игорь твёрдо и, взяв её за руку, повёл за собой. На улице шёл снег, и всё вокруг совершенно преобразилось: огромные махровые снежинки, величиной с ладонь, бесшумно падали с чёрного неба, и, переливаясь в тусклом свете жёлтых фонарей, мягко ложились на спящую землю, превращая её в плотный ровный лист бумаги. Оставленные кем-то машины, изредка встречающиеся у них на пути, походили на таинственных великанов, которые, насупив косматые брови, насторожено глядели своими выпуклыми глазищами из-под надвинутых на лоб снежных папах. - Смотрите, какой сугроб! – в восторге закричала Ира и, недолго думая, уселась в него, страшно довольная всем происходящим. Сугроб действительно был выдающийся, и Генка сфотографировал её, смеющуюся, под долговязым железным фонарём. - Я тоже хочу, - сказала девушка. Настала её очередь валяться в снегу. Через некоторое время Ира с Геной собрались уходить. Игорь спросил у Иры, не постелет ли она девушке в зале. - Сам постелешь, - невозмутимо ответила Ира. – Спокойной ночи. - До завтра. Оставшись вдвоём, они решили побродить ещё и пошли дальше, минуя кафе, гостиницы, дома, деревья, освещённые бледным мерцанием электрических огней. Неожиданно он начал рассказывать ей о себе: - Я женился, когда мне было восемнадцать, на самой красивой девушке в институте. В этом возрасте обращаешь внимание на всё, что угодно, кроме воспитания. Но когда я понял это, было уже поздно. Мы прожили десять лет, и развелись. - А дети? - У меня взрослый сын. Ему восемнадцать. - Вы видитесь? - Да. По возможности беру его с собой. В прошлом году мы были на Эльбрусе. - Ты очень любишь горы. - Жить без них не могу. Я змея, она обожает подобные места. Вот такой я человек, с кучей комплексов и недостатков, - сказал он горько. Это прозвучало так откровенно, что в её душе шевельнулась ответная благодарность за доверие к ней. - У кого же их нет, комплексов и недостатков? – спросила она. Девушка чувствовала, что в нём заговорило одиночество, внешне тщательно скрываемое и изредка просыпающееся где-то в глубине души. - По-моему, это нормально. Смотри, какой козёл! - Где? – удивился Игорь. - Вон там. В метре от них рос куст, сильно напоминающий это животное, который при малейшем колебании воздуха, тряс снежной косматой бородой, выражая, тем самым, своё козлиное недовольство. - Он какой-то недобрый, - сказал Игорь. – Зайдём в кафе? Они стояли напротив небольшого строения, ничем не отличающегося от всех остальных в этих краях. - Давай, - согласилась девушка. Внутри было довольно уютно. Они облюбовали маленький столик возле стены. - Я уже понял, что кормить тебя – значить сразу нарываться на неприятности, может, по чашке чая? - Хорошо. Он принёс его в больших кружках, крепко заваренный и ароматный. Сидя рядом, ей казалось, что она может провести здесь не только всю ночь и следующий день, но и ещё бог весть сколько времени. - Расскажи мне о себе, - попросил Игорь. – Мне кажется, ты очень любишь детей. - Откуда ты знаешь? – удивилась девушка. - У тебя так глазки горели, когда ты о них говорила. - Это правда. Я четыре года проработала в Артеке, ещё до того, как стала учителем. Тогда было ужасно интересное время: мы почти не спали, с утра до вечера находились в отряде, а по ночам начиналась бурная вожатская жизнь: застолья, костры, песни под гитару. И так до рассвета. А потом два часа сна – и подъём: дети ждут. - Тебе, наверное, неинтересно со сверстниками. - Почему ты так думаешь? - Мне кажется, ты такая, что тебе неинтересно. - Снова угадал. Я всегда любила общаться с людьми, которые намного старше, но вообще-то могу найти общий язык со всеми. - Ты живёшь с родителями? - С мамой. - А отец? - Я не нужна ему. В его глазах промелькнуло изумление. - Тебе так только кажется, поверь мне. - Нет, не кажется. Мои родители развелись, когда мне было шесть лет. С тех пор у меня нет отца. Извини, мне не хочется сейчас об этом говорить. - Verstene - сказал он задумчиво. - Ты знаешь немецкий? - Я выучил его, когда проходил стажировку за границей. -


Тэги: Россия ,
X
Укажите Ваше имя на сайте TourBlogger.ru
Укажите пароль, соответствующий вашему имени пользователя.
Загрузка...