С чего начинается Родина... от АлМиРы. Без права на поездку.

Санкт-Петебург, 3 июля 2008 года
БЕЗ ПРАВА НА ПОЕЗДКУ... Конкурс привлек названием сразу – строки с детства любимой песни заставили на автомате открыть страницу описания, увидеть в призах очередную поездку, огорчиться, что лишняя поездка в году – что-то из серии «очевидное – невероятное», соответственно, отказаться от участия. Был на моей памяти всего один конкурс, когда я была настолько зеленой ТэБэГэшницей, что само участие вместе с корифеями – Рантоном, Анзером, Ирмой, Анатолем, Ос-ой, Инной-географом, SA... – неблагодарное дело это перечисление – всех-всех перечислить все равно не смогу и... очень прошу не обижаться тех, кто по недоразумению оказался неупомянутым. Так о чем это я – о том, что право на участие, как мне казалось, нужно еще заработать... А конкурс был с самым замечательным и самым соблазнительным для меня призом – Вовчиком... точнее – целым его семейством. Ах, какие сладкие грезы, какие картины встали перед мысленным взором – есть среди подруг моей старшей дочери замечательная личность (точнее, все они – подруги и друзья – обалденно интересные люди) – а эта девушка с прекрасным именем отлично фотографирует, а главное – придумала целую серию рассказов о путешествиях ПтИца – вот эту ее серию напечатать стоит! А пока – можно только поискать в Сети. Ее любимый маленький пестренький Птиц на фоне различных видов с замечательными комментариями – тонкими, информативными без загрузок – то, перед чем я преклонялась, чем бесконечно восхищалась – послужил поводом к попытке сплагиатить... Мне представился Вовчик на фоне того, что можно сфотографировать в родном городе или в будущих поездках. И... Старожилы может быть помнят, как я хулигански своровала Вовчика с одной из фотографий Рантона, вырезала его по контуру и посадила в свою загадку. Рантон, мне кажется, должен помнить – наверное, ему это не понравилось. ЕГО Вовчик с его замечательных фотографий сразу исчез... и как-то навсегда :( - до сих пор мучаюсь угрызениями совести и неумением извиниться – и слов не хватает, и ни к месту. Вот вроде здесь – вылилось... Больше такого шанса – поучаствовать в борьбе за супер-бесценный приз - не было... :*( Вот и в этот раз. Поняв, что участие в конкурсе с душевным названием для меня невозможно, я страницу закрыла, галку в клеточку ставить не стала. Каково же было мое удивление, когда среди первых кометов я увидела САМОГО Сергея Чумичева, вопрошающего (почему-то все вопросы Сергея в моем восприятии выглядят страшно строгими) «не поставить ли...». Удивило, потому что присутствием он меня особо не баловал плюс – вполне обоснованно - мог быть на меня в обиде за отказ поехать... куда посылали :) - Надо же... – обдало меня грустной радостью от нескольких слов, - ОН, оказывается, меня почитывает... Удивленно-несмелая радость растаяла как дымок, когда не так давно (ну тормоз я....) вдруг увидела в форуме (случайно ткнув в интересное сообщение и не заметив названия темы – была уверена, что это про фотки) сообщение, что Сергей снова с ТБГ и с нами. Эта новость обрадовала – мне нравился общий вектор, многое было более понятным в прежней политике сайта, чем после смены власти, особенно в последнее время. Осталось ощущение, что Максим хочет одно, а есть еще что-то другое, точнее во множественном числе – какие-то другие, отличные от Максимовых установок, желания и видения – и, складываясь, эти разнонаправленные вектора приводят к странным и не всегда понятным и принимаемым моей стареющей душой флуктуациям. Реальность - сообщение Чумичева было «чисто по работе» - конечно, не обидела, но с небес на землю опустила :) Но... я пишу...:))) Предварительно предупредив всех – поехать НЕ СМОГУ, а вот поучаствовать... Ах, как хочется поучаствовать с самого первого прочтения названия, а особенно после первых заявленных на конкурс историй»!. Ирма, Ос-а, Малина... http://www.tbg-brand.ru/diaries/3588/3540.html http://www.tbg-brand.ru/diaries/3736/3536.html http://www.tbg-brand.ru/diaries/9785/3544.html Так разбередили душу, что стало невозможным не поделиться тем, с чего начинается моя Родина. - Да мы знаем :)))) – слышу я ваши голоса. Голоса людей, давно ставшими реальными, давно воспринимаемые физически существующими рядом в этой конкретной жизни. - Конечно, вы знаете :) - я напишу о своем любимом, неповторимом и единственном – о Петербурге, - улыбаюсь я вам в ответ. Только напишу такое, о чем – спорим! – большинство из вас все-таки не знает, где почти никто из вас еще не был. Потому что Петербург – место, с которого начиналась Родина не только у меня, тот город, который подарил России Федора Сологуба, Александра Суморокова, Александра Одоевского, Карла Брюллова, Алексея К. Толстого, Николая Рериха, многих Бенуа, Даниила Хармса, Александра Блока, Игоря Северянина, Константина Симонова, Иосифа Бродского, Илью Глазунова, Соловьева-Седого, музыкального химика Бородина, Андрея Петрова, живописца Серова, Федора Щедрина, Петра Клодта, Карла Росси, Константина Тона, Андреяна Захарова, Осипа Бове, Аполлона Щедрина, Вернадского, Степана Пименова, Корнея Чуковского, Бориса Стругацкого, Нестора Кукольника, Михаила Зощенко, Виталия Бианки, Владимира Арро, Виктора Конецкого, Шостаковича, Стадлера, Игоря Бутмана, Мирру Лохвицкую, Кирилла Лаврова, Карла Фаберже, Осипа Мандельштама, юриста Кони... Я устала и прекращаю выписывать длинный список – мне кажется, имен и так вполне достаточно. Тем более, если вспомнить тех, кто не родился здесь физически, но считает Петербург своей неотъемлемой Родиной. Ну а если кому охота - пусть продолжит самостоятельно :))). Сегодня я хочу рассказать о том, как хранит город и его люди память о необычном писателе, одинаково блестяще – по уверениям специалистов - писавшего и по-русски, и по-английски. Я помню свое первое знакомство с ним – таинственное и неоднозначное. Мне было лет 15 – странный возраст перехода от детства к взрослости, пришедший на начало 70-х голов в стране, где «не было секса». А папа (отчим) принес вечером очередную книжку, из тех, что мне читать возбранялось – а потому – не успевал он чаще всего прочитать их за один вечер – тщательно запиравшиеся то в одном, то в другом месте. Узнать, что есть новое чтиво, труда не представляло – отец читал в кресле в гостиной, и достаточно было обратиться с просьбой «а мне...», чтобы получить вразумительный ответ – "да" или "незззя"... Поскольку второй вариант звучал достаточно часто, я, не особо мучаясь угрызениями совести, но с непоколебимой настырностью не просто выискивала схроны, но и после ряда неудачных попыток научилась мастерски взламывать простенькие замки и даже закрывать их снова, имитируя неприкосновенность потаенки. Не давайте читать детям и лицам с неокрепшей психикой – а то АлМиРа научит.. :))) К тому моменту я уже прочитала и первую «Анжелику», и письмо Федора Раскольникова, и какие-то другие, чаще всего «слепые» машинописные варианты книг, от которых в памяти остались обрывочные сюжетные воспоминания. Трудно было вообще ожидать, что в памяти могло бы сохраниться абсолютно все, если представить, как и в какие сроки все это читалось. Вечером я видела новое в руках отца, получала непререкаемое «нет», убеждалась, что дочитать он не успевает – а значит... Значит после школы и всевозможных послешкольных заморочек бегом домой, поиски схрона – тоже, скажу я вам, время съедало, как и обязательные домашние обязанности – чистота в квартире, да и уроки – хотя бы письменные, будь они неладны! - тоже воровали драгоценные минуты. И что оставалось – до восьми вечера, когда возвращались домой родители? Книги чаще всего проглатывались залпом – так, чтобы успеть до конца, а потом уже вспоминать и думать. Все вышесказанное позволяет понять, откуда появилось слово «таинственность» - приходилось постоянно помнить, что я это не видела и не читала, не проговориться, не процитировать ненароком, не подать виду, что понимаю полунамеки взрослых разговоров, невольным свидетелем которых я часто становилась. А вот «неоднозначное»... Пришла пора озвучить название тоненькой книжки с размытым рисунком бабочки на обложке – Лолита. Ну?.. Что могло быть в те годы более неоднозначным в глазах подростка, уже начавшего свое превращение из куколки-девочки в бабочку-женщину? Думаю, можно не объяснять. Итак - Владимир Владимирович Набоков. Мне чудится в Рождественское утро мой легкий, мой воздушный Петербург... Я странствую по набережной... Солнце взошло туманной розой. Пухлым слоем снег тянется по выпуклым перилам. И рысаки под сетками цветными проносятся, как сказочные птицы; а вдалеке, за ширью снежной, тают в лазури сизой розовые струи над кровлями; как призрак золотистый, мерцает крепость (в полдень бухнет пушка: сперва дымок, потом раскат звенящий); и на снегу зеленой бирюзою горят квадраты вырезанных льдин. Приземистый вагончик темно-синий, пером скользя по проволоке тонкой, через Неву пушистую по рельсам игрушечным бежит себе; а рядом расчищенная искрится дорожка меж елочек, повоткнутых в сугробы: бывало, сядешь в кресло на сосновых полозьях - парень в желтых рукавицах за спинку хвать, - и вот по голубому гудящему ледку толкает, крепко отбрасывая ноги, косо ставя ножи коньков, веревкой кое-как прикрученные к валенкам, тупые, такие же, как в пушкинские зимы... Я странствую по городу родному, по улицам таинственно-широким, гляжу с мостов на белые каналы, на пристани и рыбные садки. Катки, катки - на Мойке, на Фонтанке, в Юсуповском серебряном раю: кто учится, смешно раскинув руки, кто плавные описывает дуги, и бегуны в рейтузах шерстяных гоняются по кругу, перегнувшись, сжав за спиной футляр от этих длинных коньков своих, сверкающих, как бритвы, по звучному лоснящемуся льду. А в городском саду - моем любимом, - между Невой и дымчатым собором, сияющие, легкие виденья сквозных ветвей склоняются над снегом, над будками, над каменным верблюдом Пржевальского, над скованным бассейном, - и дети с гор катаются, гремят, ложась ничком на бархатные санки. Я помню все: Сенат охряный, тумбы и цепи их чугунные вокруг седой скалы, откуда рвется в небо крутой восторг зеленоватой бронзы. А там, вдали, над сетью серебристой, над кружевами дивными деревьев - там величаво плавает в лазури морозом очарованный Исакий: воздушный луч - на куполе туманном, по дернутые инеем колонны... Мой девственный, мой призрачный!.. Навеки в душе моей, как чудо, сохранится твой легкий лик, твой воздух несравненный, твои сады, и дали, и каналы, твоя зима, высокая, как сон о стройности нездешней... Ты растаял, ты отлетел, а я влачу виденья в иных краях - на площадях зеркальных, на палубах скользящих... Трудно мне... Но иногда во сне я слышу звуки далекие, я слышу, как в раю о Петербурге Пушкин ясноглазый беседует с другим поэтом, поздно пришедшим в мир и скорбно отошедшим, любившим город свой непостижимый рыдающей и реющей любовью... И слышу я, как Пушкин вспоминает все мелочи крылатые, оттенки и отзвуки: "Я помню, - говорит, - летучий снег, и Летний сад, и лепет Олениной... Я помню, как, женатый, я возвращался с медленных балов в карете дребезжащей по Мильонной, и радуги по стеклам проходили; но, веришь ли, всего живее помню тот легкий мост, где встретил я Данзаса в январский день, пред самою дуэлью..." Длинное стихотворение, но которое не поднимается рука обкромсать ни у кого, кто хоть немного знает и любит город с суровым названием Петербург. И мог ли Петербург забыть и предать человека, который таким образом признался ему в любви? Прежде чем продолжить, вернусь к книге, которой я обязана знакомству с именем Набоков (он представлялся мне довольно молодым человеком, этаким ... протестующим против викторианской морали хиппи) и которая вызвала у меня больше вопросов, чем ответов. Так вот – в той книге меня поразил Постскриптум к русскому изданию, запомнился настолько, что я постаралась много позже при первой возможности его перечитать. Запомнился замечательным русским языком – не тем, что мы изучали по произведениям всевозможных классиков, совсем не похожим. Это был шедевр – так чисто, так ясно, так красиво, так открыто излагать свои мысли и объяснять свои поступки. Мне хочется привести цитату – чтобы его словами задрапировать мои неуклюжие слова и неумение передать дух той новой для меня прозы. «Научная добросовестность побудила меня сохранить в русском тексте последний параграф вышеприведенного американского послесловия, несмотря на то, что он может только ввести в заблуждение русского читателя, не помнящего, или не понимавшего, или вообще никогда не читавшего книг "В. Сирина", которые выходили заграницей в двадцатых и тридцатых годах. Американскому читателю я так страстно твержу о превосходстве моего русского слога над моим слогом английским, что иной славист может и впрямь подумать, что мой перевод "Лолиты" во сто раз лучше оригинала. Меня же только мутит ныне от дребезжания моих ржавых русских струн. История этого перевода - история разочарования. Увы, тот "дивный русский язык", который, сдавалось мне, все ждет меня где-то, цветет, как верная весна за наглухо запертыми воротами, от которых столько лет хранился у меня ключ, оказался несуществующим, и за воротами нет ничего, кроме обугленных пней и осенней безнадежной дали, а ключ в руке скорее похож на отмычку». Думаю, теперь вы поняли, какое потрясение от прочитанного не в смысле сюжета или идеи, а от самого стиля я пережила. Хотя по сюжету и идее – опустим ясное - но и без этого потрясение было ощутимым: я впервые оказалась в ситуации, когда не просто не возмущалась тем, что шло вразрез с моими ощущениями; автор заставил меня сочувствовать герою. Имя автора я запомнила. И поняла, что озвучивать свои ощущения или афишировать знание не стоит. Большая Морская улица. Дом 47. Здесь родился Владимир Владимирович Набоков. Этот дом он продолжал считать своим, неизменное отвечая на вопросы журналистов «Почему Вы не купите собственный дом?» коротким и ясным – «У меня уже есть дом... в Петербурге...». Этот дом был куплен его матерью - Еленой Ивановной Рукавишниковой, девушке из семьи сибирских золотопромышленников и миллионщиков – перед замужеством в самом конце XIX века. Избранником богатой, но не очень знатной невесты стал молодой юрист, сын министра юстиции в кабинете Александра II, аристократ Владимир Дмитриевич Набоков. Дом имел богатую полутора вековую историю, но молодым хотелось обновить его, сделав более современным и модным. Перестройка была уникальной для того времени – внешние стены и крыша были возведены вокруг старых, которые были разобраны уже после завершения наружных работ, затем были построены новые внутренние перекрытия. Перестройкой здания руководили Михаил Фёдорович Гейслер и Борис Фёдорович Гуслистый. Дом получился великолепным – и снаружи, и внутри. Трехэтажный особняк для семьи был оснащен модной игрушкой – лифтом. Интерьеры поражали сложностью отделки. Первый этаж был «общим», второй - родительским, а на третьем находились детские. Первая часть жизни Набокова прошла в этом доме на Большой Морской и в усадьбе Рождествено – в "совершеннейшем, счастливейшем детстве", в навсегда оставшейся в памяти атмосфере роскоши и духовного уюта. Набоков признавался, что так щедро раздавал своим персонажам впечатления жизни в России, "чтобы как-нибудь отделаться от бремени этого богатства" воспоминаний. Он уехал из Петербурга 15 ноября 1917 года в спальном вагоне первого класса – в Крым, а еще через полтора года семья в полном составе на корабле «Надежда» покидает Россию навсегда. Спустя десятилетия появляются строки сожаления "о том, сколько я пропустил в России, сколько бы успел рассовать по карманам души и увезти с собой, кабы предвидел разлуку". Тем не менее, он несомненно обладал феноменальной памятью, которая помогла ему перенести на страницы своих книг даже мельчайшие детали прошлой жизни. Особенно это ощущаешь при чтении книги, названной в русском варианте "Другие берега", и ... посетив его дом. А стенам дома в каком-то смысле повезло. После революции дом не был изуродован коммуналками, а попал в руки организаций, аккуратно обращающихся с народным добром. Первый этаж поражает своей сохранностью даже сейчас. Второму и третьему повезло меньше – там не осталось практически ничего, как не осталось и следа от знаменитого лифта (он остался в памяти и перенесен в «Защиту Лужина») – здесь теперь редакция питерской газеты. Все остальное – имущество семьи – рассеялось по музеям. Самая ценная часть художественной коллекции и большой библиотеки (насчитывала более 10 тысяч томов) попала в Эрмитаж, Русский музей и Российскую национальную библиотеку. Большая часть документов и фотографий оказалась в зарубежных частных собраниях родственников В.В. Набокова. Часть предметов быта из дома Набоковых была сохранена в семьях петербуржцев, работавших в доме Набоковых. В 1998 году, во многом благодаря усилиям одного человека - Вадима Петровича Старка – на первом этаже появился музей Набокова. Профессор Старк – доктор филологических наук, ныне президент фонда В.В. Набокова – сам стал первым директором музея. Музей пережил немало трудных минут, он стоял на пороге закрытия, не в состоянии покрывать назначенную при Яковлеве высокую арендную плату. Звучит странно, учитывая какой доход должны были принести издания романов в России. Музей сейчас жив. Входная плата для граждан России 40 рублей, для остальных – 100, для льготников – 20 рублей, фото- и видеосъемка – 100. И – честное слово, возгоордилась! – иностранным студентам – по 20 руб. Стоит ли платить – решайте сами. Но... Этот дом помнит столько и стольких. Здесь пел Шаляпин, на верхних этажах обучал рисованию маленького Володю Мстислав Добужинский. Здесь был Герберт Уэллс – уважение к его произведениям Набоков сохранил на всю жизнь. Набоковы водили знакомство с Валентином Серовым, П.П. Кончаловским. Я была в музее днем 3 июля – так сложились дела по работе, что выпало около часа свободного времени как раз в том районе. Музей был пуст. На лестнице женщина преклонных лет исполняла роль консьержа и продавца сувенирной продукции. За ее спиной тяжелая дверь вела в музей. В комнатке налево за столиком с компьютером сидел молодой человек, отоваривший меня входным билетом (я несколько растерялась, не очень понимая, каким образом должна подтвердить свое российское гражданство, и протянув в растерянности рабочий бейдж, чем ввела в смущение билетера – он попытался понять, предполагает ли это льготу...) и разрешением на фотографирование. А потом молодой человек прошел со мной по тем комнатам, что вмещают музейные коллекции, попутно рассказывая, обращая внимание на то, что могло остаться незамеченным, и отвечая на вопросы. Постараюсь услышанное оформить в виде небольшого рассказа о музее. На первом этаже когда-то располагались помещение телефонной комнаты, столовая, зеленая гостиная, библиотека, комитетская комната (здесь проходили собрания руководства Кадетской партии), буфет и кухня. Откуда Кадетская партия? Отец Набокова был ее членом и входил в руководящий состав, за что и был убит ярым монархистом на одном из собраний эмигрантов. Черносотенец несколько раз выстрелил в известного либерала, мстя за смерть царя. Как я уже упоминала, когда Музей создавался, в доме почти ничего не уцелело. Но, узнав об организации Музея, многие петербуржцы собирали и приносили в дар Музею редкие материалы и вещи, связанные с историей семьи и с историей дома. Очень трогательно, что их имена сотрудники помнят с благодарностью и этим - Н.И. Толстая, Марина Викторовна Ледковская, Лидия Мацкевич, Александр Колосов, С.А. Кроленко, Елена Филаретова – и многим другим дарителям за их помощь и бесценный вклад . Многое пришло из-за рубежа - личные вещи, рукописи В.В. Набокова и членов его семьи. Сын писателя - Дмитрий Владимирович Набоков – привез в дар карандаши, рабочие карточки с рукописями, пенсне, игру "Скрэббл" с автографами В.В. Набокова и сачок для ловли бабочек. Набоков был страстным коллекционером бабочек. Это увлечение родилось еще в именеии деда по материнской линии - в Рождествено. Лолита – это не просто женское имя, это еще и имя красивой бабочки. Пиджак, куртка, ботинки – были когда-то подарены Верой Евсеевной Набоковой, вдовой писателя, Брайану Бойду, а он передал их Музею. Терри Майерса (США) подарил уникальную коллекцию первых изданий произведений В.В. Набокова, в том числе в периодике. Наконец, профессор МГУ Н.А. Формозов передал питерскому Музею единственную в России коллекцию бабочек В.В. Набокова. Коллекция была собственностью Музея Сравнительной Зоологии Гарвардского университета (США), где В. Набоков работал куратором в течение семи лет. Музей передал ее профессору, тот решил, что ее место должно быть в российском Музее писателя. И интерьеры. В который раз я преклоняюсь перед теми петербуржцами-ленинградцами, у которых не поднялась рука растащить за все эти долгие десятилетия по кусочкам бесценную отделку. Не все, конечно, сохранилось – но взгляните на эти потолки, стены, двери, рамы, ручки. Это все уцелело и дождалось своего часа. Как и лестница, и замечательный витраж – эти цветные стекла описаны в "Смотри на Арлекинов" – между вторым и третьим этажом, и даже люстра на лестнице – правда, по ремарке замечательного рассказчика, люстру все-таки подпортили, несколько переделав – может быть без бра света на лестнице не хватало, вот и припаяли дополнительные рожки. Старое зеркальное полотно не сохранилось – его место заняло новое зеркало, но на историческом месте. Немного поразмышляли мы над стеклянным узором окна между первым и вторым этажом – мой экскурсовод высказал гипотезу, что работа недавняя – того времени, когда дом немного реставрировали студенты Мухи (Мухинского училища), хотя возможность работы по старым эскизам не исключил. В окно, выходящее во двор, он показал мне сохранившиеся с дореволюционных времен ворота гаражного сарая и герб на пристроенном двором флигеле. Уже на выходе я увидела небольшой витраж над входной дверью и обратила внимание на сохранившуюся конструкцию входных дверей: двойной ряд стеклянных дверей образуют небольшой тамбур, но на ночь наружную стеклянную дверь прикрывает еще одна - сплошная деревянная. Надеюсь, на фотографии это можно будет рассмотреть. Время позволило мне зайти во двор и сфотографировать для вас старые ворота и флигель. Адрес Музея Владимира Набокова: 190000 Санкт-Петербург, Большая Морская, 47 Тел. +7 (812) 315-4713 museum@nabokovmuseum.org Пришло время рассказать о других набоковских памятных местах. Это, прежде всего, сохраненная усадьба в Рождествено. Село получило название от храма - в 1713 г. здесь была построена по желанию царевича Алексея (неподалеку от его деревянной усадьбы, больше похожей на монастырь) деревянная церковь во имя Рождества Пресвятыя Богородицы. Ту Алексеевскую деревянную сменил со временем каменный храм. Из трех помещичьих домов близ села – Рождествено, Батово, Вырская мыза – сохранился только первый. И Рождествено, и Вырская мыза принадлежали семейству Рукавишниковых, Вырская мыза входила в приданое матери Владимира Владимировича. Это очень красивые места с необыкновенно целебным воздухом – дачники начала ХХ века прозвали окрестности Сиверской Малой Швейцарией. Место слияния Оредежа и Грезны стало свидетелем зарождения любви между двумя соседями по имениям: Леночки из Рождествена и Володи из Батова – тропки-дорожки свели молодых людей во время одной из велосипедных прогулок. Кстати, Батово принадлежало матери Кондратия Рылеева, он здесь провел детство, и потом приезжал неоднократно. Могила матери сохранилась, за ней хорошо следят. Усадьбу планируют восстановить и создать музей Рылеева. Пока ежегодно в Батове проводится областной праздник, посвященный декабристам, а 2 июня на могилу матери и у стелы в парке, на месте бывшего дома, ложатся цветы. С серого севера Вот пришли эти снимки. Жизнь успела не все Погасить недоимки. Знакомое дерево Вырастает из дымки. Вот на Лугу шоссе. Дом с колоннами. Оредежь. Отовсюду почти Мне к себе до сих пор еще Удалось бы пройти. Так, бывало, купальщикам На приморском песке Приносится мальчиком Кое-что в кулачке. Все, от камушка этого С каймой фиолетовой До стеклышка матово-зеленоватого Он приносит торжественно. Вот это Батово. Вот это Рождествено. Много лет, выезжая с дочками на дачу, мы не один раз за лето проезжали мимо красивого помещичьего дома, гордо парящего над дорогой на высоком берегу речушки. Как-то в середине 90-х весной ахнули – от дома остался обезображенный пожаром остов. Но в сельском магазинчике уже стояла на прилавке обыкновенная стеклянная трехлитровая банка с прикрепленным листком – на восстановление усадьбы Набоковых. Вот так – всем миром, брошенными в банку купюрами и монетами, удалось не просто восстановить дом, а создать еще один набоковский музей. Он работает. Адрес музея: с. Рождествено Гатчинского района Ленинградской области. Транспорт: электропоезд с Варшавского вокзала до ст. Сиверская, далее автобусами № 500, 501, 509 до остановки "Село Рождествено". Если номера изменятся – дорогу подскажут, село известное и музей знают. Музей открыт пять дней в неделю - со среды по воскресенье включительно - с10 до 17 часов. Тел.: +7 812 (271) 62317 Если вы соберетесь в Выру – в музей Станционного смотрителя – не поленитесь проехать по шоссе еще несколько километров до Рождественно – слева сразу за церковью, на другой стороне ложбины, в которой затерялась маленькая Грезна (не морщитесь: это от целебных красных грязей получила речушка свое название – помните в его романах «оранжевые» тропинки?), все так же гордо стоит двухэтажный дом, а справа параллельно дороге катит по перекатам свои воды Оредеж – и к ним присоединяет свой скромный дар Грезна. Зайдите, посмотрите на экспозицию – она не так богата, но все так же прекрасны виды из окон (большинство полотен Шишкина написаны в этих местах), так же замечателен парк – вы потом по-иному будете читать набоковские романы, вы будете видеть... за словами "...александровских времен усадьба, белая, симметричнокрылая, с колоннами и по фасаду и по антифронтону, высилась среди лип и дубов на крутом муравчатом холму за рекой..." – то, что так отчетливо впечаталось в его память. Звени, мой верный стих, витай, воспоминанье! Не правда ль, все - как встарь, и дом - все так же тих - стоит меж старых лип? Не правда ли, страданье, сомненье - сон пустой? Звени, мой верный стих... Пусть будет снова май, пусть небо вновь синеет. Раскрыты окна в сад. На кресло, на паркет широкой полосой янтарный льется свет, и дивной свежестью весенний воздух веет. Говорят, немцы, отходя, заминировали все – но на воздух взлетел только мост через Грязневку и пострадала одна стена дома. Дом отремонтировали, здесь долгое время была школа. Когда в середине 70-х под школу выстроили новое здание, в старой усадьбе поселился краеведческий музей, который сам собой перерос в музей Набокова. Теперь он так и называется - Рождественский историко-литературный и мемориальный музей В.В. Набокова. Наконец, во дворе Санкт-Петербургского государственного университета год назад появился еще один – первый монументальный в России - памятник В.В. Набокову. Об этом памятнике я уже писала когда-то, но... для тех, кто подзабыл и для людей новых все-таки повторю. Эту скульптурную композицию под названием «Одинокий король» создал Василий Аземши, она установлена рядом с «Литературной рощицей» - молодыми деревьями, привезенными из уже упомянутого Батово - Рождественно - Выры. На плите высечены строки из романа Набокова "Дар". С чего начинается Родина... Для Владимира Владимировича Набокова она началась и осталась здесь – в доме на Большой Морской, в усадьбах под Петербургом, на улицах города, который он бесконечно любил. До самого конца. Воспоминанье, острый луч, преобрази мое изгнанье, пронзи меня, воспоминанье о баржах петербургских туч в небесных ветреных просторах, о закоулочных заборах, о добрых лицах фонарей... Я помню, над Невой моей бывали сумерки, как шорох тушующих карандашей. Все это живописец плавный передо мною развернул, и, кажется, совсем недавно в лицо мне этот ветер дул, изображенный им в летучих осенних листьях, зыбких тучах, и плыл по набережной гул, во мгле колокола гудели - собора медные качели... Какой там двор знакомый есть, какие тумбы! Хорошо бы туда перешагнуть, пролезть, там постоять, где спят сугробы и плотно сложены дрова, или под аркой, на канале, где нежно в каменном овале синеют крепость и Нева. Если вы захотите перечитать, самое полное собрание сочинений Набокова вы можете найти тут: http://lib.ru/NABOKOW/ Пояснения к картинке плану : 1 Музей-усадьба «Рождествено» 2 Карстовая пещера и радоновый источник на берегу реки Грезны 3 Дом Соколовых - постройка 1780 годов. Планируется Музей быта 4 Церковь Рождества пресвятой Богородицы 5 Из магазинного комплекса собираются восстановить Розовую дачу - кафе, пляж. 6 Плотина ГЭС - памятник промышленной архитектуры 1929 года 7 Вырская мыза 8 Часовня царевича Алексея – реконструируется (стоял тут когда-то деревянный дворец Алексея Петровича – сына Петра Великого) 9 Церковь Вознесения Господня и Новое Рождественское кладбище 10 Музей «Дом станционного смотрителя» в дер. Выра 11 Батово. Усадьба К.Ф. Рылеева, в конце XIX века принадлежала Набоковым.
Тэги: Россия ,
0 голосов | Комментарии Оставить комментарий
Irma аватар
Irma (Вс, 06.07.2008 - 20:35)
:-) Большая Морская вызывает у меня все больше уважения, уже второй раз я восторгаюсь ее "обитателями".. :-) :-) :hmm: :P
Кристи аватар
Кристи (Вс, 06.07.2008 - 20:41)
АлМиРа, теперь понятно почему вы такая начитанная! Если с детства вам запрещали это делать и вам приходилось делать это "по-партизански". Как же был сладок этот запретный плод! :-) И удавалось вам прочитать значительно больше тех, кому читать не запрещали, а наоборот! :-)
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 21:11)
Ирма, так приятно, только загрузила фото - а тут уже ждут слова теплые :P :nyam: А на Большой Морской - почти 70 домов :wink: :man_in_love:
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 21:15)
Кристи, :rofl: :rofl: :rofl: Если серьезно, здесь больше подходит другая поговорка: дурной пример заразителен :taunt: Когда все вокруг старались освободить время под чтение - волей-неволей проникаешься, что это самый лучший вид отдыха :man_in_love: Но... с другой стороны, я так много чисто детских книг открывала уже вместе со своими девочками, когда читала им на ночь.
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 21:25)
Большое спасибо всем в сумраке за оценки :nyam: Пусть без комментариев, а приятно :nyam: :m1009:
Irma аватар
Irma (Вс, 06.07.2008 - 21:39)
:-) мне тоже приходилось читать под одеялом с фонариком..но...результат не столь велик! :) я вот Набокова восприняла и приняла не сразу... :-)
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 21:49)
Ирма, про фонарик только слышала. Пробовала ради спортивного интереса, но очень не понравилось - и душно, и читать тяжело. Боюсь, что при такой системе я бы отвыкла читать. :taunt: С Набоковым все было непросто, но то, что он пишет, как Бог, это я почувствовала, а когда прочитала первые стихи, - :man_in_love:
Irma аватар
Irma (Вс, 06.07.2008 - 21:53)
я росла до него долго, достаточно долго. ..многих я принимала/понимала быстрее.. :hmm: :taunt:
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 22:09)
Ирма, знаете, ведь я понимала, что провоцирую. :-) Имя Набокова до сих пор вызывает неоднозначную реакцию - многие знают про Лолиту, и этого им достаточно, чтобы отвергнуть все остальное. А мне хотелось, чтобы увидели другое. Заинтересовались прекрасным домом, увидели фотографии прекрасной счастливой семьи, четверых дружных детей. И трагедию оставшегося без Родины - любимой Родины - человека.
Наталья Аверина аватар
Наталья Аверина (Вс, 06.07.2008 - 22:11)
Без лишних слов - ПРОСТО ВОСХИЩАЮСЬ!
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 22:22)
Наталья, спасибо! :m1009: Я помню, как дыхание перехватило от узнавания, когда в первый раз прочитала строки: ... под аркой, на канале, где нежно в каменном овале синеют крепость и Нева. У меня это место на Зимней канавке было долго самым любимым в городе :man_in_love:
Irma аватар
Irma (Вс, 06.07.2008 - 22:31)
:-) :-) ну, для меня давно Набоков вовсе не провокация :taunt: :taunt: получила СМС от Стаса, уехавшего в Карелию- "...три часа отпустили побродить по Питеру, мама, я в восторге от культурыыыы"... :taunt: :taunt:
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 22:48)
Ирма - я уже не знаю, как к этому относиться :hmm: То ли еще, действительно, что-то осталось, то ли это такая форма сарказма... :m1009:
Кристи аватар
Кристи (Вс, 06.07.2008 - 22:52)
Irma, а Стас ещё не бывал в Питере? :?:
Irma аватар
Irma (Вс, 06.07.2008 - 22:52)
нет, впервые и так коротко... :-)
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 23:06)
Три часа - это на всю жизнь :hmm: - или привяжет, или оттолкнет :taunt: Надеюсь на первое :wink: Тем более после такого футбольного перерыва и такой игры Зенита сегодня :P 5 : 1 Это что-то :man_in_love: :taunt:
Irma аватар
Irma (Вс, 06.07.2008 - 23:07)
:-) :-) он уже пищит от восторга:)
АлМиРа аватар
АлМиРа (Вс, 06.07.2008 - 23:10)
:P :P :P :P :P :P :P Фанаты радуют? :wink: У нас много красивых девушек болеют :man_in_love:
Irma аватар
Irma (Вс, 06.07.2008 - 23:22)
нет, понравился город, здания-мосты-фонтаны.. То, .что успел увидеть-увлекло.. :taunt: :hmm: :hmm: :P :P :P
АлМиРа аватар
АлМиРа (Пнд, 07.07.2008 - 00:46)
Ирма, за такое сообщение - большое спасибо :nyam: Тем более, что понимаю - видел мало :wink: :-)
АлМиРа аватар
АлМиРа (Пнд, 07.07.2008 - 00:48)
Еще раз благодарю всех, кто оставил свой голос :nyam: Правда - очень приятно, когда нравится. :P
Ulysses аватар
Ulysses (Пнд, 07.07.2008 - 07:48)
Как всегда чудесно, АлМиРа! Только вот Набоков... Когда-то в юности (когда он был почти под запретом) я зачитывался им - всем подряд от "Машеньки" до "Камеры обскуры". А вот теперь... По-моему, очень холодный умственный писатель, сочинивший великое множество игрушек-головоломок, ребусов. Но разгадаешь - и забудешь. Осталось только теплое чувство к ранним произведениям (но это, скорее, ностальгия по юности), непреходящая любовь к "Защите Лужина", уважение к "Дару". Все прочее воспринимается теперь удивленно: и это можно любить?
finikova аватар
finikova (Пнд, 07.07.2008 - 08:10)
Какая любовь! Надо все же съездить в Петербург. Я была, но всего два дня и очень давно. Спасибо за рассказ о Набокове :-) А Камеру обскура я оставила в Египте - кого в Хургаде, можете зайти в ювелирную лавочку отеля Роял палас, там у хозяина Ахмеда библиотека под прилавком. к первым абзацам вашего рассказа - когда я увидела этот сайт в ноябре прошлого года мне не показалось, что участие в конкурсе и победу нужно заслужить именно долгим участием. (главное - в условиях конкурсов этого нет).
АлМиРа аватар
АлМиРа (Пнд, 07.07.2008 - 08:33)
Ulysses, наверное, в каждом намешана такая смесь - от чего-то, заставляющего нас терять голову, до того, что вызывает недоумение и даже отторжение. Не все абсолютно полно я принимаю у Набокова, но и не могу согласиться с тем, что он "холодный". Скорее - замкнутый, не любящий и не считающий нужным выставлять напоказ свои чувства. Для меня точкой отсчета стало уже процитированное стихотворение - я узнала себя в этих строчках, Мой девственный, мой призрачный!.. Навеки в душе моей, как чудо, сохранится твой легкий лик, твой воздух несравненный, твои сады, и дали, и каналы, твоя зима, высокая, как сон о стройности нездешней... Ты растаял, ты отлетел, а я влачу виденья в иных краях - на площадях зеркальных, на палубах скользящих... ...Трудно мне... и все остальное уже воспринималось как свое - иногда удачное, иногда не ... очень мое :wink: Но кому-то это тоже нужно :m1009:
АлМиРа аватар
АлМиРа (Пнд, 07.07.2008 - 08:43)
Малина, дни дням рознь : если в группе - маловато будет, если в одиночестве - то целых два дня :man_in_love: Слово "давно" меня пугает больше - город меняется на глазах. Жаль только, что и в хорошую сторону, и :hmm: С трепетом наблюдаю за развитием событий - неужели уродливая "тень" Биржи или новостройки на Петроградке навсегда искалечили тот вид Стрелки или ту линию Петропавловской крепости, от которых веками у людей захватывало дыхание?.. :cry: Поэтому так судорожено быстро пытаюсь сфотографировать и то, и это - я боюсь. Боюсь, что мы это потеряем. Вон сегодня все утро радостно по радио сообщают о том, что ЮНЕСКО не включало Петербург в черный список..., а значит - вперед, можно строить и дальше - все выше и все больше искажая, уродуя, забивая ту гармонию города, которая принесла ему любовь и известность.
Ирина аватар
Ирина (Пнд, 07.07.2008 - 10:22)
Спасибо за чудный рассказ и за то трепетное отношение к Вашему городу, которое естьв каждой строке и слове :-)
Irma аватар
Irma (Пнд, 07.07.2008 - 10:25)
интересно, ЧТО движет Юнеско при принятии тех или иных решений...
Pretty аватар
Pretty (Пнд, 07.07.2008 - 11:04)
Странно... У меня компьютер постоянно зависает, когда я ставлю оценки. 10 на ваш рассказ прошла безукоризненно... +10 ещё раз. Ирма права, Большая Морская и вызывает увжение и требует посещение... Насчёт Зенита...вчера с большим трудом удалось найти место, где показывали финал Уимблдона. Это оказалось казино Метелица. Первый раз побывала в казино) Не понимала, что это были за крики радости каждые пять минут. Может такая традиция.?... Потом взглянула на соседний экран...это не традиция, это Зенит... АлМира, с победой Вас и Вашу команду.
АлМиРа аватар
АлМиРа (Пнд, 07.07.2008 - 13:14)
Ирина, спасибо за оценку рассказа. Любовь к городу - это уже клиника :taunt: Болезнь застарелая, и никакие путешествия, сравнения не смогли ничего изменить - я могу восхищаться, могу любить другие города, но свободно дышится только здесь. Когда возвращаешься, выходишь на этот простор - наконец-то дышишь :man_in_love:
АлМиРа аватар
АлМиРа (Пнд, 07.07.2008 - 13:15)
Pretty, были не крики - были вопли восторга. :P Спасибо за Зенит :-)
Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
X
Укажите Ваше имя на сайте TourBlogger.ru
Укажите пароль, соответствующий вашему имени пользователя.
Загрузка...